Традиционное гостеприимство

«	Что ни просит — он в гостях! Всё неси ему в горстях! Чай, у нас нехватки нету Ни в фарфоре, ни в гвоздях!	»
— Леонид Филатов, «Про Федота-стрельца»

Традиционное гостеприимство — обычай, широко распространённый у самых разных народов на Земле. Если к тебе пришёл гость, то встреть его, поднеси хлеб-соль, накорми, уложи спать (в некоторых культурах — с дочерью, женой или, на худой конец, служанкой хозяина) и ни в коем случае не причиняй ему вреда. Он тоже причинить тебе вред не имеет права. Чем конкретно ты будешь его потчевать — это уже зависит от тебя, но если хочешь, чтобы о тебе пошла добрая слава, как о щедром человеке — уж не пожалей гостю угощения. Если гости прибыли не «просто так», а на праздник, тогда ты, как хозяин, вдвойне обязан выставить им самый лучший стол, какой можешь.

• Правда, многие забывают, что обычно обратной стороной именно ТРАДИЦИОННОГО гостеприимства было то, что гость на прощание должен был одарить хозяина не менее щедро.

Слова «хлеб-соль» во многих культурах нужно понимать буквально: в сказке про Али-Бабу Абу Хасан под видом купца просится к Али-Бабе на ночлег и просит приготовить для него пищу без соли — и именно по этой причине Марджана его «вычислила», опознала и со спокойной совестью прирезала: правило «разделить с гостем соль», ессно, работает в обе стороны!

Если гость тебе не нравится, самое большее, что ты можешь ему сделать — это плохо накормить, жёстко постелить и рано выставить вон. Если ты причинишь ему вред, а тем паче — убьёшь его, ты кончишься как личность и начнёшься как отпетый негодяй. Равно как и он, если причинит вред тебе, как хозяину.

Примечательно, что недопустимость причинения вреда гостям проходит в том числе в серьёзной литературе эпохи Возрождения. Сам Данте, описывая ледяное озеро Коцит (последний круг Ада), отрядил предателей родных и предателей родины дальше от центра, нежели тех, кто предал сотрапезников. Иными словами, этот тип предательства у Данте котируется как самый отвратный грех из всех возможных: хуже только Иуда Искариот, Брут и Кассий.

Традиционное гостеприимство было незаменимо во времена до того, как появилась гостеприимство коммерциализованное и индустриализованное. Сейчас оно поувяло, но рудименты его сохранились в различных культурах, как общенародных (обычай подавать гостям чай или кофе), так и субкультурах (автостоп, вписка).

На современном Ближнем Востоке кофе может играть столь же важную же символическую роль, что и соль (см. выше): человек, которому дали напиться воды, гостем ещё не считается, а вот выпивший чашечку кофе — гость со всеми вытекающими!

Крайним случаем нарушения традиционного гостеприимства является смертельное приглашение, и оно карается строже всего.

Примеры

Литература

Отечественная

• Василий Ян, «На крыльях мужества» — педаль в пол: гостя убил его враг, тайно пробравшийся в дом. Хозяева об этом вообще ничего не знали. Тем не менее — «Хозяин, который не уберёг от руки убийцы своего гостя, не заслуживает пощады». При этом хозяин (отнюдь не трус и не слабак) полностью согласен с этим доводом и безропотно позволяет себя убить, не пытаясь не только сопротивляться, но даже оправдываться!
• Сергей Чичин, «Гнев генерала Панка» — именно таков подход к гостеприимству у самого генерала, и того же он ждёт от окружающих. Правда, и в том, чтобы подпоить гостя, а потом засаду устроить — тоже ничего плохого нет. Зато нарушившему священный закон гостеприимства пощады ждать не приходится.
• Волкодав — у просвещённых народов вроде аррантов не работает, но у традиционных вроде веннов, сольвеннов или вельхов соблюдается.
  • Волкодав, однако, проникается мыслью, что какова жизнь, таков и обычай — богатый торговый город умрет, если по всей строгости чтить домашний порог, а прибывшего из посольства князя три дня мариновать за забором как потенциальную нечисть.
• Владимир Лёвшин, «Чёрная маска из Аль-Джебры» — Обжоры Среднегеометрические^ЩИТО?.

Зарубежная

• Джордж Гордон Байрон, поэма «Корсар» — Конрад пробирается во дворец Сеида под видом дервиша, но под предлогом обета отказывается есть за его столом (потому что в это время пираты Конрада готовят нападение на флот Сеида). Соль также заслужила особое упоминание: «Ты болен, дервиш? Ешь… Иль этот дом — \ Дом христиан? или враги кругом? \ Ты отвергаешь соль — священный знак! \ С тобою соль деливший уж не враг: \ Враждебные связует племена, \ Братает ненавидящих она!»
• Вальтер Скотт, «Айвенго» — Седрик Саксонец в непогоду впустил в свой замок и ненавидимых норманов, и презираемого еврея.
• Проспер Мериме:
  • «Кармен» — рассказчик разделил кров с известным бандитом Хосе Наварро и предупредил его о приближении отряда улан. «Я задавал себе вопрос, правильно ли я поступил, спасая от виселицы вора и, быть может, убийцу потому только, что поел с ним ветчины и рису по-валенсиански. Не предал ли я своего проводника, совершавшего законное дело; не обрёк ли я его мести негодяя? Но долг гостеприимства!.. Дикарский предрассудок, говорил я себе, я буду ответствен за все преступления, которые учинит этот бандит… Но предрассудок ли, однако, этот внутренний голос, не сдающийся ни на какие доводы? Быть может, из щекотливого положения, в каком я очутился, мне нельзя было выйти без укоров совести».
  • «Маттео Фальконе» — заглавный герой, гордый корсиканец, недолго думая, убивает собственного малолетнего сына за то, что тот (да ещё и за плату в виде серебряных часов) сдал солдатам преступника, которому обещал убежище.
    • За убежище, кстати, он тоже стребовал с преступника плату — пять франков. По обычаю брать деньги с гостя не полагалось. Откровение у холодильника: а считался ли в таком разе этот урка вообще гостем? И не налажал ли тогда сам Маттео?
      • Тут, помимо тропа, есть и еще одна причина: Корсика недалеко ушла от Сицилии, сотрудничество с властями — само по себе безобразие с точки зрения местных жителей.
• Александр Дюма, «Граф Монте-Кристо» — главный герой, пожив на Востоке, перенял немало арабских обычаев, в том числе закон гостеприимства. Поэтому в доме своего врага Морсера он отказывался есть и пить, несмотря на все уговоры, чем возбудил подозрения Мерседес (которая как раз была осведомлена об этом обычае).
• «Хоббит, или Туда и обратно» — Бильбо обязан проявлять его, хотя и не рад нашествию гномов, и он проявляет. В экранизации упростили и опошлили — гномы ведут себя как наглое быдло, а хоббит не выгнал их пинками вероятно потому, что боится получить в бубен.
• «Плоский мир»: Ахмед-71 час из «Патриота» — субверсия. Ахмед был клатчским стражем порядка, и как-то раз у него попросил убежище убийца. Согласно клатчским правилам традиционного гостеприимства, Ахмед обязан был не только принять его и угостить, но и пальцем не трогать в течение трёх суток. А за трое суток можно уйти далеко. Таков был хитрый план убийцы, но Ахмет его сорвал, убив гостя за час до истечения срока. В честь чего и получил прозвище.
• «ПЛиО»: до Красной свадьбы традиционное гостеприимство считалось нерушимым обычаем. А вот после — уже нет, ибо прецедент теперь имелся. Особенно следовало опасаться происшествий в гостях Фреям, которые и устроили массовую резню гостей в своём замке: например, лорд Мандерли принял Фреев в своём городе, напоил, накормил, проводил, попрощался, а потом — как только они перестали быть гостями — приказал своим людям убить их.
  • В легенде, которую рассказывала Брану старая Нэн, боги покарали Повара-Крысу, убившего королевского сына и подавшего его мясо королю в пироге, не за убийство само по себе и не за то, что он накормил короля мясом его сына, а за то, что он убил гостя под своим кровом — «а этого боги не прощают».
• Нил Гейман, «Истина — пещера в черных горах»: на своём пути к пещере бандит и карлик пользуются гостеприимством не слишком симпатичного горца, который, несмотря на то, что не скрывает неприязнь, разрешает остаться на ночь.
• Кордвайнер Смит, «На планете ураганов» — безумный и бессмертный Джон Весёлое Дерево вкрай задолбал всех жителей поместья Бьюрегард. Но закон родной планеты Джона и хозяина поместья запрещает выгнать гостя. К счастью, протагонист Кэшер О’Нейл — тоже гость, и он-то никаких обязательств перед другими гостями не имеет…

Кино

• «9 рота»: капитан-разведчик рассказывает новобранцам о специфических афганских обычаях: «…Мусульманин никогда не осквернит свой дом кровью. С того мгновения, как вы попали в кишлак, — вы гость. Убить гостя, даже неверного, — „харам“. Запомните, пока вы находитесь в кишлаке — вы в безопасности. Но как только вы ступили за границу кишлака, тот же хозяин, который пять минут назад поил вас чаем, может выстрелить вам в спину, потому что убить неверного — подвиг, ступенька в рай».

Телесериалы

• Vikings — Бьёрн Железнобокий пришёл на переговоры с конунгом Харальдом Прекрасноволосым и Иваром Бескостным, по окончании переговоров Ивар приказал было своим людям напасть с мечами на Бьёрна, но был остановлен хозяином дома Харальдом возмутившимся такому нарушению гостеприимства.
  • Зато в «Викингах: Вальхалле» законы гостеприимства нарушаются с первой серии. Например, три викинга нападают на Лейфа прямо на альтинге

Аниме и манга

• Pokemon — отношение к этой традиции в сеттинге очень серьёзное: Эш и его товарищи нередко отдыхают в домах случайно повстречавшихся им людей (иногда ещё и не один день), которые практически никогда не отказывают им гостеприимстве и искренне рады своим гостям.
• Golden Kamuy — несмотря на то, что отношения между японцами и айнами развивались ох как непросто, традиции гостеприимства не нарушаются: гостям, пусть даже и «сисамам», айны зачастую искренне рады и никогда не отказывают в помощи. По пути в Абашири герои останавливаются у многочисленных братьев и сестёр бабушки Асирпы, а в экспедиции на Карафуто и у других малых народов: сахалинских айнов, нивхов, ороков.