Разрушение четвёртой стены

Метро 2033 — постапокалиптический роман Дмитрия Глуховского. В сеттинге книги 2013 год стал последним для мира, как мы его знаем — третья мировая война с применением разнообразного оружия массового поражения в течение считанных часов привела к уничтожению львиной части человечества и, в частности, Москвы, поверхность которой стала непригодна для жизни. Небольшое число людей — около сорока тысяч — смогло спастись в московском метрополитене, где и продолжают жить вот уже двадцать лет. Выжившие поделились на добрый десяток разных враждующих фракций, вокруг них в тёмных туннелях творится разнообразная мистика, а поверхность населили странные мутировавшие создания. В некоторых местах они прорываются и под землю, а кое-где на людей нападают и местные, уже подземные мутанты. Сюжет самой книги закручивается вокруг борьбы одной из крайних станций, ВДНХ, с нападающими на неё с поверхности мутантами-чёрными.

Сюжет

Критика от Дяди Джо

Критика от Таганая

Артём — сирота, потерявший мать при нападении полчищ крыс на Тимирязевскую. Его спас и усыновил стоявший в дозоре солдат Александр Сухой, и теперь они вместе живут на ВДНХ, где последний занимает должность помощника смотрителя по вопросам внешней политики. Когда-то давно, в детстве Артём с друзьями ходили на заброшенную Ботаническую и не закрыли за собой гермозатвор. Спустя годы через открытый проход в метро стали приходить мутанты-чёрные, способные подавлять людскую психику и наводить на людей ужас. Атаки их становятся всё сильнее, и, когда Артёму исполняется 24 года, на станцию приходит странный человек Хантер, желающий разрешить эту ситуацию. Он хочет пойти в разведку на Ботаническую, а Артёму поручает передать послание Мельнику с Полиса в случае, если разведка окончится неудачей. Хантер уходит и пропадает, после чего молодому Сухому приходится отправляться в путь.

Сначала он идёт вместе с друзьями на Рижскую, которая как раз решила создать конфедерацию с Алексеевской и ВДНХ. По пути группа натыкается на влияющую на сознание разорванную трубу, и протагонист спасает всех. Это становится известно, и на Рижской героя нанимает в сопровождающие некий Бурбон, которому срочно нужно на Сухаревскую. Они проходят через Проспект мира, но в туннеле к Сухаревской снова сталкиваются с трубой, и Бурбон гибнет, а тянущего его труп героя проводит на станцию странствующий философ, Хан. Последний говорит, что видел во сне Хантера и что тот попросил помощи для Артёма. Хан проводит героя через опасный переход и проклятую Тургеневскую, но на Китай-городе их пути расходятся: на станцию нападают, и протагонисту приходится бежать одному на Кузнецкий мост. В туннеле он знакомится со стариком Михаилом Порфирьевичем и его внуком, Ванечкой, страдающим умственной отсталостью. Переночевать на Кузнецком Мосту героям не удаётся, поскольку Михаила Порфирьевича, ранее рассказывавшего плохое о красных, преследуют подслушавшие его агенты КГБ. Троица бежит в сторону занятой фашистами «Пушкинской». Артёма и Михаила охрана пропускает, но Ванечка по глупости кусает офицера и получает от него пулю. Артём не выдерживает смерти ребёнка и расстреливает этого же офицера из автомата, после чего и его, и Михаила Порфирьевича арестовывают и пытают. Старик гибнет от сердечного приступа, а Артёма собираются вешать, но его спасает налетевшая на станцию интернациональная бригада красных. Революционеры провозят героя до Павелецкой, но пройти дальше он не может из-за отсутствия ганзейской визы.

На Павелецкой из-за неисправности гермозатвора открыт выход на поверхность, и потому она населена больными от радиации нищими, выгнанными с благополучного кольца. Однако, от регулярных проникновений чудовищ с поверхности её защищают наёмные патрульные, один из которых предложил Артёму попытать удачу и получить визу, выиграв на крысиных бегах против начальника ганзейской станции, но проигрывает и отправляется на год чистить сортиры. В один из дней он сбегает, и, преодолев на одной удали несколько станций, покидает Ганзу на Серпуховской. Там он встречает сообщество свидетелей Иеговы и, разжившись у них плащом, движется дальше, через Полянку к Полису. На Полянке герой встречает двоих человек: Сергея Андреевича и Евгения Дмитриевича, греющихся у костра. Они рассказывают ему о своей довоенной жизни, а Сергей также упоминает легенду о Невидимых Наблюдателях. После разговора с ними, Артём преодолевает последний перегон, и добирается до Полиса.

Попав на Полис, Артём знакомится с Данилой, членом касты браминов, который рассказывает тому про некую Книгу, в которой, если верить слухам, записано будущее всего мира и которую брамины отчаянно ищут в Ленинской библиотеке. Затем герою удаётся встретить Мельника и попросить помощи у Полиса — но последний не находит сил помочь ВДНХ. Однако, выслушав рассказ Артёма, брамины принимают его за ясновидящего и обещают помочь в случае, если он найдёт им книгу. Артём, Данила и группа сталкеров отправляются в библиотеку, где Данила гибнет от рук мутанта, но перед этим передаёт герою пакет с его вознаграждением. Оказывается, в Москве осталась одна целая ракетная часть, к которой можно прийти через метро-2 и установками которой можно уничтожить лагерь чёрных на поверхности. Поскольку книгу Артём так и не нашёл, В полис он не возвращается, а бежит по поверхности до Смоленской, где снова встречается с Мельником и вместе с ним разрабатывает план атаки на чёрных: одна часть отряда дойдёт до военной части, а другая подсветит им место с Останкинской башни.

Однако попасть в метро-2 просто так не удаётся: путь в него лежит через отрезанную обвалом от остального метро станцию "Парк Победы", где живут одичавшие люди, поедающие других метрожителей и крадущие их детей. Спасая одного из похищенных, Артём попадает к дикарям в плен и позже спасается собравшим отряд бойцов Мельником. Прорвавшись через дикарей, герои доходят до кремлёвской станции метро-2 и сталкиваются с оставшимся там биологическим оружием, после чего с потерями, но всё же проходят к нужному им проходу от Маяковской к военной части. Мельник ведёт свою группу к части, а протагонист должен помочь подсветить им место. Перед отправкой он решает наведаться домой, и узнаёт, что всё очень плохо: чёрные прут потоком, и Ганза хочет взорвать пути к Проспекту мира, а его отчим, Сухой, намерен до конца оборонять станцию. Артём выходит на поверхность с ВДНХ и, вместе с подобравшим его отрядом, на сохранившейся пожарной машине добирается до башни, откуда подсвечивает нужный квадрат. В последний миг с ним связывается коллективный разум чёрных: оказывается, они хотели мира с людьми, но не могли говорить с ними, и потому пытались связаться через Артёма. Но поздно: когда контакт устанавливается, снаряды падают на лагерь тёмных и уничтожают их. Поняв, что натворил, герой снимает противогаз и бредёт обратно, на ВДНХ.

Тропы

• Анархия — это бардак — на большинстве станций, где нет власти, творится форменный бардак и запустение. А в Китай-городе, где власть фактически заменили бандиты, получился настоящий новый вавилон почти без законов. Исписанные матюками стены и обирающие работников бандиты прилагаются.
• Ангст? Какой ангст? — именно этот троп отстаивает Хантер с своём разговоре с Сухим. Вся поверхность заражена? В метро нечисть прёт со всех сторон? А люди всё равно продолжат бороться. Как известно из следующей книги, подобные убеждения даже ментальным внушением переломить не получилось: чёрные показали Хантеру всё самое худшее, что в нём есть, и приказали убиться — а он выжил и вернулся в метро, хотя и психически сломленный, но живой.
• Аномальная зона — тут их много. Поверхность так вообще почти вся.
• Артефакт — карта «Путеводитель по метро» со слов Хана.
• Атеизм — это круто! — разные положительные герои несколько раз проходятся по всякой вере.
• Бафос — много где. Попытки государств, умещающихся на паре станций метро, играть в большую политику и величие, в принципе приводят к тропу. А уж как смешон сведетель иеговы, вдохновенно говорящий о созданном богом «бесконечном рознообразии форм жизни», обводя рукой обеденный зал, стоящий в туннеле метро…
• Безумие — это страшно — люди, сошедшие от страха при контакте с чёрными — бездумные, орущие, не способные заснуть и удерживаемые в более-менее спокойном состоянии препаратами.
• Богостроительство — жители отрезанной от остального метро Парке победы выдумали культ Великого Червя.
• Боже мой, что же я наделал! — протагонист — в конце.
  • Михаил Порфирьевич: «Боже, какой прекрасный мир мы загубили!».
• Визит в племя чудаков — по сути, почти каждая станция засчитывается за троп.
• Вклиниться в чужой спеллкаст — Хантер никаких сверхчеловеческих способностей не имеет, но выходит на связь с Артёмом через сны, навеваемые на него тёмными. Учитывая, что у последних объединённое сознание… Не потому ли чёрные в конце концов «приказали ему перестать быть», что держат его под телепатическим контролем оказалось себе дороже?
• Враг силён твоим страхом — именно так воспринимаются в метро чёрные. У них ни оружия, ни техники боя кроме «идти на дозор и кричать». Но страх нагоняют знатный.
• Враги сожгли родную хату — родную станцию героя, Тимирязевскую, уничтожили крысы. Станцию его детства и юношества, ВДНХ, чуть не довели до подрыва в ходе войны с чёрными.
• Всё пошло слишком так — герой хотел спасти метро от чёрных — и спас, окончательно решив все вопросы с ними. Вот только сам уже был тому не рад.
• Вот это поворот! — в последней главе.
• Гадание, приворот, заговор — посвящённые брамины умеют гадать на библиотечных карточках.
• Гордая торговая раса — Ганза.
• Дойти до самоубийства — жрец с Парка предпочитает убить самого себя отравленным дротиком, но не идти по метро-2 до кремлёвской станции. Как оказалось — не зря.
• Дороги и тропы — всё произведение о том, как Артём покидает ВДНХ и скитается сначала по метро, а потом и по поверхности.
• Загробный мир обыкновенен — представление Хана о том, что души погибших в метро после смерти остаются в метро.
• Заменил родителей — Сухой для Артёма.
• Зелёная басня — вес культ Великого Червя на ней построен.
• Избранный — главный герой. Вот только избран он был Чёрными для налаживания контакта с людьми. И свою миссию благополучно провалил.
• Каннибализм — развили последователи Великого червя в Метро-2. Что поделать — дефицит белка…
• Книга судеб и пророчеств — именно её поручили найти Артёму брамины.
• Коварная кучка — работая в Ганзе, Артём однажды сначала разлил целую тачку дерьма, а потом сам упал туда. Результат оказался настолько плох, что герой прошёл через несколько ганзейских станций и вышел наружу, так никем и не остановленный.
• Коллективный разум — у чёрных. Отдельная особь не ест и помирает через пару дней.
• Коммилэнд — Красная линия. Мировая революция, перешедшая в культ личности, вездесущее КГБ и стукачи, и при этом — тотальная бедность и голод.
• Кошмар в метро — собственно, он. Вот только над метро кошмар ещё гуще.
• Кризис веры — у Сухого под воздействием чёрных.
  • У ученика жреца — из-за того, что его кумир сказал, что выдумал Червя.
• Крысбургеры — шашлык из крыс, который готовят, за неимением в Москве баранов, мусульмане. Ну и все прочие, кому свиньи не по карману.
• Лист прячут в лесу — по мнению браминов, вся Ленинская библиотека сделана для того, чтобы спрятать одну-единственную Книгу.
• Люминесценция — монстр-жижа под Кремлём слегка светится. А ещё зелёным светом светится нечто, что растёт перед зданием МВД.
• Мёртвые земли — поверхность Москвы для людей.
• Мироцентричный сеттинг — в наличии. Настолько, что герои, кроме главного, меняются чуть ли не чаще станций метро, и запоминаются куда хуже. Собственно, сабж и позволил развивать книги автора в целую межавторскую серию.
• Мир-помойка — остался после апокалипсиса, и становится всё помойней из-за действий людей при весьма ограниченных — и постоянно убывающих — ресурсах.
• Мир мусорщиков — точнее, мирок на сорок тысяч человек, кое-как живущих за счёт того, что можно найти в метро и Москве.
• Может, магия, а может, реальность — разные персонажи по-разному объясняют одни и те же явления. Кто прав — решай, как знаешь:
  • В лопнувших трубах были души умерших в метро, инфракрасный звук или чьё-то намеренное воздействие?
  • Говорил герой с людьми, жгущими книги на Полянке, надышался газа и увидел галлюцинацию или же метро предсказало ему судьбу?
  • Что видел Артём в метро-2? Галлюцинацию? Великого червя? Бурильную машину?
• Монстр-жижица — живёт под Кремлём. Гипнотизирует людей, внушая им нужные эмоции, а потом, похоже, переваривает.
• Мутанты — в количествах населяют как Москву, так и метро. Часть вполне реалистична (к примеру, дети с лишними пальцами, или слабоумный Ванечка), однако большинство похожи на сотворённых чьим-то извращённым созданием чудовищ. К примеру, ненавидящие шум библиотекари поселились исключительно в Ленинской библиотеке.
• Мусорщик — фактически, всё метро на них держится. От крутых сталкеров, собирающих с заражённой поверхности, до местных мастеров, постепенно дербанящих старые механизмы метро.
• На лицо ужасные, добрые внутри — чёрные.
• На тебе! — многократно. Так, Хан назвался Ханом, а не Чингизом… из-за ассоциаций с Чингизом Айтматовым.
• Неадекватное возмездие — с точки зрения современной морали, серьёзное, вплоть до расстрела, наказание за разжигание костров в неположенном месте или перевод станционных часов — именно троп. Однако первое ввели только после того, как несколько станций выгорели полностью.
• Не в ладах с биологией — мутанты как таковые, от начала и до конца.
  • За двадцать лет появилось множество новых видов, отличающихся от довоенной фауны настолько, что иногда трудно угадать прародителя. Мутации так быстро не проходят.
  • Почти все мутанты являются хищниками, притом опасными для человека, мелкие и травоядные мутанты почти не описываются. Чем они питаются, кроме сталкеров? Почему не вымерли от отсутствия корма?
  • Практически каждая вылазка на поверхность сопровождается встречей с мутантами, почти всегда имеющей летальные последствия либо для сталкеров, либо для мутанта. Откуда такая большая плотность хищников на поверхности, как они не вымерли от отсутствия кормовой базы, указанной выше, почему непременно нападают на сталкеров (в реальности многие хищники стараются избегать людей, тем более, если люди вооружены).
  • Наконец (претензия к серии, написанной подражателями), биоразнообразие мутантов меняется от города к городу радикально. Чем вызвана такая мозаичность ареалов?
• Не в ладах с географией — от ВДНХ до Библиотеки имени Ленина по поверхности пешком идти от силы часа два, и это с условием блуждания по дворам и с черепашьей скоростью. Тоннели метро же прокладывают почти напрямую, так что блуждать по ним сутками, даже с учётом поселившейся там хтони и частично обвалившихся сводов (что тоже странно, потому что конструкция тоннеля метро рассчитана на куда более серьезные нагрузки), просто не получится.
• Не в ладах с физикой — радиация на поверхности спала бы до нормального уровня уже через несколько дней после атомных бомбардировок, а не держалась бы двадцать лет.
• Не в ладах с химией — уже двадцать лет как ни одной нефтеперерабатывающей станции нет — а бензин сталкеры всё откуда-то таскают и таскают. И даже машина у них есть рабочая. На самом деле за такой срок топливо если и не кончится, то придёт в негодность.
• Не в ладах с экономикой — основной валютой в постапокалиптическом метро являются довоенные патроны 5,45х39 мм. Очень странное решение, ибо они легко подделываются и трудно проверяются на подделку, неудобны в бытовом хранении и транспортировке (да, патрон весит те же 10 гр, что и монета, но сравните размеры), легко изнашиваются, их нельзя разменять, а самое главное — практическая ценность патрона явно не совпадает с заявленной финансовой. Патронов в метро много, невероятно много, ибо активные боевые действия требуют сотен патронов на бойца в день, а война в метро шла годами, при этом сытно поесть на двоих можно на 15 патронов. То есть, патрон в качестве денег прямо противоречит всем требованиям к деньгам: портативности, сохранности, однородности, делимости, редкости и бесполезности.
• Нежить — упоминается Хантером и прочими персонажами мимоходом, как о чём-то куда менее страшном, чем чёрные.
• Неизвестность пугает больше — что такое мог встретить Артём в жилом ранее доме, Мельник так и не объяснил.
  • Что такое происходит в туннелях на Сухаревской и Тургеневской, даже Хан не знает.
• Несчастливый конец — герой хотел спасти ВДНХ от чёрных — и спас. Хотел, заехав мимоходом, спасти Киевскую от «мертвецов» — спас, люди узнали, кто стоял за убийствами и легко смогут победит отрезанных от остального метро дикарей. Вот только «спасённый» мир оказался очень маленьким и крайне неуютным, уничтоженные чёрные — вовсе не злодеями, да и мальчик Олег, за которым Артём пошёл в Парк победы, в итоге всё равно умер.
• Не щадить детей — фашист на Пушкинской убивает душевно больного Ванечку, а после и Михаила Порфирыча запытывают до смерти.
• Обычные необычные деньги — пережившие ядерную войну люди в качестве денег используют довоенные патроны, обладающие большей убойной силой, чем послевоенные кустарные.
• Огнемёт — самодельные. Отлично останавливают, к примеру, обезумевших крыс и прочую мутировавшую биоту. Против людей использовать запрещено — но всё равно используют.
• Отравленное оружие — дикари из метро-2 плюются ядовитыми или парализующими дротиками.
• Педофил — На Маяковской Артёма приняли за такого… и попытались продать ребёнка на ночь за двадцать патронов на полчаса.
• Пережить своих детей — бывший ракетчик с Крымской, чьего сына сначала хотели завербовать каннибалы, а после заманила и сожрала плотоядная биомасса на кремлёвской станции.
• Приметы и суеверия — несколько видов:
  • На ВДНХ считают, что разговоры о чёрных их приманивают.
  • И вообще о дьявольщине в туннеле говорить — дурная примета.
  • В метро считается, что менять в пути туннель, если свой не занят — плохая примета. Поверив в примету, караван с Сухаревской гибнет почти полностью.
  • на Маяковской и Киевской считают, что мертвецы с Парка победы утаскивают живых. На самом деле люди с Парка нашли выход в Метро-2 и выродились до каннибалов с духовыми ружьями.
• Прерванная казнь — Артёма спасает прибывшая интернациональная бригада.
  • А позже — отряд Мельника.
• Проблемы с коммуникацией убивают — на этом держится главный сюжетный поворот в конце.
• Проверка на вшивость — Хан похоронил Бурбона, но Артёму об этом сказал не сразу.
• Псионические способности — целая россыпь персонажей ей владеет. Или думает, что владеет:
  • Чёрные связаны в единый разум телепатической связью, ей же пытаются общаться с людьми — но они настолько чужды, что получается только запугать людей до полусмерти, или, в случае лучшего «связиста» — навевать ему туманные сны с примерно нужным значением.
  • Жижа из-под кремля призывает всех людей идти к ней — и, похоже, сжирает. Действует как издалека, через звёзды Кремля, так и вблизи.
  • Лопнувшие трубы, чем бы они ни были, тоже воздействуют псионически.
  • Проживавший на Сухарёвской Хан, похоже, мог в массовый гипноз, предсказания, дальновидиние, хотя и не долго. Где лежит грань между магическим талантом и очень хорошей актёрской игрой — вопрос без ответа.
  • Живущие в Метро-2 мутанты могли подчинять людей взглядом и даже двигать чужими руками, говорить чужим ртом. Но срабатывало только про взгляде в глаза, да и то не на сто процентов.
  • Наконец, и герой, и его приёмный отец говорили о каком-то чувстве туннеля.
• Пытки — это серьёзно — попавшего в плен Артёма весьма быстро заставляют признаться во всём, что на него хотели повесить.
• Радиация — это магия! — Вся книга об этом. Чего только не вылезло на фоне излучения — от псионических труб до мутировавших библиотекарей. Почти «Вьюрки» в квази-фантастическом антураже.
• Разбитый идол — фанатично верующий ученик жреца не пережил откровения своего учителя о том, что Великого червя они выдумали.
• Реинкарнация — Хан считает себя последнем воплощением Чингиз-хана.
• Ружьё Чехова — один из палачей-фашистов подчёркивает, что новая виселица сделана плохо, и приговорённые умирают долго. И точно: Артём помереть не успел.
• Ряженые под Рейх — фашисты с Пушкинской-Чеховской-Тверской. Только свастика у них с тремя концами.* Лицемерие — это смешно — фашисты уничтожают и проклинают всех иностранцев… но при этом пишут лозунги не только по-русски, но и по немецки. И уважают Гитлера.
• Секрет — множество. Самый жирный — то, что именно главный герой поднял гермозатворы на Ботаническом саду.
• Секта — свидетели Иеговы пережили даже апокалипсис.
• Сирота — Главный герой, Артём Сухой (фамилия — по приёмному отцу).
• Слышал звон… — часто, поскольку герои уже начали забывать старый московский быт — а уж о быте других станций тем более мало известно. Так:
  • Артём, услышав песню «Идёт война народная…», решает сначала, что она про битву с чёрными, а потом догадывается, что это про войну интернационала Красной линии с Тверской.
  • фашисткие конвоиры сами не знают, что означает их же символ, и толкуют его то так, то так.
  • Данила уверяет Артёма, что двухголовый орёл, любимый военными — дух-тотем войск радиационный защиты.
  • Сталкер рассказывает, что ВДНХ — «Великие достижения народного хозяйства».
• Сноходец — Это пытаются сделать чёрные (без особого успеха, потому как слишком чужды) и делает с их помощью Хантер (куда успешнее. «Запомни, это не сон!»).
• Советская магия — одна из книг Данилы описывает сабж.
• Срисованная фэнтезийная культура — многие станции, хотя и не фэнтези. Полис с индийским и греческим уклоном, Тверская — с германским и нацистским, метро-2 консплеит близких к природе дикарей, Красная линия — коммунистов (вплоть до деление на троцкизм с мировой революцией и сталинизм-москвинизм), а кое-где, говорят, живут дьяволопоклонники…
• Странности в первой части — много их. Первая книга и остальные настолько отличаются, что даже межавторский цикл называется «Вселенная метро 2033», как будто Метро 2034 и 2035 не из этой вселенной. «Вселенная Метро 2035» — совсем другая серия, хотя и с некоторыми сюжетными связями.
• Счастливо усыновлённый — Протагонист.
• Сыворотка правды — мутанты с метро-2 обходятся без всякой сыворотки, одним взглядом.
• Темница сырая — клетка у фашистов, в которой сидел перед казнью Артём.
• Тени былого величия — несколько раз подчёркивается разными персонажами. От всего мира (по мнению героев), от всей Москвы (ну… почти) осталось сорок тысяч отчаянно выживающих в недрах земли людей. Да даже и метро через двадцать лет уже не то: когда-то была единая власть во главе со старыми метростроевцами, теперь на многих станциях уже людей не осталось, конструкции ветшают, туннелях заводится всякая нечисть, и доступного для людей места всё меньше и меньше. Да даже сами политические конфликты жителей метро — уменьшенная до бафосного уровня вариация реальных противостояний нашего мира.
• Удар милосердия — Артём убивает растерзанного библиотекарем Данилу.
• Философический угар — в свой срок и Хантер, и Хан, и протагонист, и даже чёрные толкнут свою философию и видение мира.
• Фобия — у главного героя — страх крыс.
• Хроники Акаши — Книга браминов, потерянные тома прошлого и настоящего.
• Что за идиот! — дозорный с Павелецкой, продавший себя в рабство на год ради возможности выпустить на бега свою крысу. Необученную, только что пойманную.
• Экспорт революции — в своё время проводила Красная линия, ещё до того, как стала линией. До поры до времени, пока дело было на нищих, отрезанных от прочего метро станциях — всё шло просто как по волшебству. Как только дошло до остального, более-менее благоустроенного метро — соседи сомкнули щиты и приучились мигом отлавливать провокаторов. После четырёхлетней войны революционеры сдались и замкнулись в себе.
• Язык мудреца — У Хана. Правда, поняв, что дело пахнет жареным, в миг превращается в Волка и переходит на язык чётких команд.