Freefall

TV Tropes Для англоязычных и желающих ещё глубже ознакомиться с темой в проекте TV Tropes есть статья Freefall. Вы также можете помочь нашему проекту и перенести ценную информацию оттуда в эту статью.

Никак не предполагала, что вы творили под псевдонимом — «Пастернак». Нам не нужны полностью или большей частью скопированные с других сайтов материалы, даже если вы заменили в них все слова на синонимы. Если мы захотим поглядеть на оригинал, мы сделаем это на оригинальном сайте. Перепишите, пожалуйста, полностью.

Freefall/Свободное падение — комикс Марка Стенли о похождениях инопланетного мошенника, разумного осьминога Сэма, и тех, кто подвернулся по дороге. Начавшись как лёгкая и незатейливая история, со временем комикс поднял серьёзные научные и социальные вопросы и не стал отворачиваться от попыток их решить. Вообще, для юмористического комикса «Свободное падение» содержит достаточно много реальной физики. Комикс выходит довольно неспешно — автор начал рисовать его в 1998 году и к 2016 закончил первую главу, а в 2019, после «короткой интермедии», начал вторую. С тех пор комикс стал более регулярным, выпуски выходят трижды в неделю.

Сам комикс на английском языке можно найти здесь (в цвете); его русский перевод — здесь (оглавление застопорилось на 2022 годе, но перевод продолжает исправно и оперативно выходить). С апреля 2006 года комикс стал цветным; в русском переводе используются реколоризированные версии более ранних стрипов.

Сюжет

Сюжет начинается с приключений Сэма — инопланетного калмара, чей вид ещё не развился до межзвёздных перелётов. Название «калмар» — это вполне осмысленное разграничение, хотя биологически вид Сэма весьма похож на земных головоногих с поправкой на дыхание воздухом. Сам Сэм попал в населённое людьми пространство зайцем, что достаточно неплохо его характеризует. Сэма сопровождает верный друг — робот Хеликс; однако, логика и поведение Сэма иногда устраивают весьма молодому и неопытному роботу аналог пресловутого синего экрана. Сэм по дешёвке купил космический корабль (после аварии, взрыва и падения на планету, зато со скидкой), и теперь пытается его починить и заставить летать. Вскоре появляется и третий герой — Флоренс, механик, которую Сэм за мелкий бакшиш заполучил на свой корабль. Ну подумаешь, перепутали в графе «борт приписки» пару цифр местами…

События первой главы происходят на планете, которая подвергается терраформированию. Сейчас население системы — 40 000 человек и 450 000 роботов, причём подавляющее их большинство работает на «мозгах» местного производства по схеме доктора Боумэна, что делает их полноценными ИИ по Турингу. Под влиянием главных героев роботы осознают, что отправляться в конце гарантийного срока на переплавку — не лучшая в мире идея, и начинают выкупать друг друга по цене металлолома. Тем временем генеральный директор местного филиала «Экосистемс анлимитед» отправляется в командировку, временно исполнять его обязанности остаётся его дядя, мистер Корнада. Поняв, что на какое-то время остался бесконтрольным, Корнада разворачивается во всю ширину. Впрочем, интеллектом он не блещет, и план по глобальной кастрации ИИ роботов с последующей выдачей глобального приказа всем роботам оформить завещания на Корнаду же — составлен тоже роботом. К счастью, глобальную катастрофу с кастрацией ИИ удаётся предотвратить, а там и настоящий директор возвращается и восстанавливает справедливость с лихвой: роботы получают если не равные с людьми права, то всё же права куда большие, чем у них были прежде.

Действие второй главы разворачивается на космической станции, участвующей в терраформировании планеты (точнее, уже сделавшей своё дело и теперь пытающейся хоть как-то не обанкротиться и найти свою нишу). Начальник станции, по воспоминаниям аборигенов, был весьма неплох, пока станция делала своё дело, однако когда на горизонте замаячило падение доходов, начал превентивно уменьшать траты, и доуменьшался до того, что поддерживать станцию стало дороже, зато делаться это стало хуже. Противостояние начальника и профсоюза техников накаляется: начальник станции хочет заменить техников на роботов, которым можно платить значительно меньше, техники полагают, что роботы не справятся с обслуживанием станции, и определённо не хотят терять рабочие места. Сэм оказывается в середине этого конфликта и понемногу пытается его разрешить.

Основные персонажи

Первое знакомство Сэма и Хеликса с Флоренс.

• Сэм, космический первопроходимец своего вида, любопытный, сообразительный, жуликоватый, но очень харизматичный. Этакий малолетний Остап Бендер космического будущего, которого иммиграционная служба обязала всегда носить антропоморфный скафандр с лицевой маской (управляемой маленькими лицевыми щупальцами), поскольку его реальная внешность гарантированно вызывает у людей рвотный рефлекс. При этом по мере углубления знакомства с Флоренс Сэм обнаруживает у себя крайне редкое и опасное по меркам его родной культуры психическое отклонение — совесть! Ну или хотя бы брезгливость по отношению к наиболее грязным сделкам.
• Хеликс, робот, лучший друг и соучастник Сэма во всех его эскападах. Эталонный пример поговорки «с кем поведёшься, так тебе и надо». Легко разбирается на части и так же легко собирается обратно. По меркам местных ИИ — ребёнок в дурной (Сэм), но и крайне интересной (Флоренс, ибо не робот, и не человек, но ИИ) компании. Эдакий пробный шар сообщества ИИ в поиске пути в многовидовое общество.
• Флоренс Амброуз, волк Боумэна, новый разумный вид — результат классического науч.-фант. «аплифта» семейства псовых. Является собственностью компании «Экосистемс анлимитед» как искусственный интеллект на биологической основе. Крайне компетентный инженер, терпелива, хотя и обладает очень убедительной улыбкой. Кондиционирована и создана так, что не может причинять вреда людям. Псовых потому, что на приматах процедуру уже опробовали. Получились образцовые военные психопаты, а с Экосистемс Анлимитед судились союзы ветеранов всей планеты, и таки выиграли суды. Единственный в проекте полевой медик после почти поголовной гибели братьев переквалифицировался в разработчика ИИ -- это и есть доктор Боумэн.
• Уинстон Турмад, человек (немного генетически изменённый для облегчения работы в космосе: например, у него вообще нет волос, ни на голове, ни на теле), ветеринар, позже жених Флоренс. На планете отвечает за внедрение в экосистему в ходе терраформирования баланса членистоногих.

Другие интересные персонажи

• Пилозуб Рекогрыз, робот-терраформер размером с двухэтажный автобус, большой (во всех смыслах) друг Флоренс. Хотя на самом деле он довольно добрый и внимательный, из-за его размеров окружающие роботы считают, что ему не хватает деликатности. Ну как не хватает… В его лексиконе деликатность — это когда ландшафт рисуют обычной взрывчаткой, а не термоядом.
• Эдж и Блант, роботы, работники утилизационного центра. Блант — альтруист, ради блага людей готовый отправиться в переплавку (и поначалу собирающийся это сделать, как только подготовит себе замену), Эдж — законченный эгоист, та самая замена, и в его планах — не попасть на утилизацию никогда.
  • Блант. Однажды попал. Под радиационный выброс. И с тех пор. Говорит немного заторможенно. Что на письме выделяется. Разбивкой на короткие. Предложения.
• Кверти и Дворак, ещё два робота, бокэ и цуккоми. Дворак генерирует хорошие идеи, Кверти объясняет ему, почему они не будут работать.
• Найоми, механик-фрилансер на планете, позже отправляется с героями на космическую станцию, где устраивается техником. Щедро делится опытом (не только рабочим) с Флоренс.
• Родители Уинстона, появляются во второй главе, живут на космической станции.
• Мистер Корнада, менеджер по скрепкам (по блату) в местном (полностью электронно-документооборотном) представительстве «Экосистем анлимитед». Воплощённое корпоративное зло. Умудряется причинять вред, даже будучи поставленным на должность, на которой не занимается вообще ничем.
• Мистер де Морель, начальник станции во второй главе. «Эффективный менеджер», но, в отличие от предыдущего, не злонамеренный. Сэм понемногу его перевоспитывает путём регулярного доведения до попыток решения очередного парадокса или выворачивания законодательства станции путём «творческого дышловращения». Характерный пример — вопрос о сочетании человека-космита и ИИ законным браком.

Тропы

• Авторы фантастики не понимают порядок величин — Марк Стенли понимает. Хотя в расчётах реактивного движения и просчитался — к счастью, фанаты проверили и поправили, и Марк честно и публично признал свою ошибку.
• Амиши — папа Уинстона из общины техноамишей. Они пользуются технологиями не позже Windows XP. Когда живёшь на планете с непригодной для дыхания атмосферой, где недостаточно тщательно обслуженный воздушный шлюз может тебя погубить, отношение к понятию «простая жизнь» становится несколько более практичным. Скорее всего, колонисты по-прежнему используют только то, что могут произвести сами — просто средства производства стали сложнее и правило способности восстановить производственный потенциал с нуля за одно поколение перестало быть таким жёстким. Впрочем, папа во время своей румспринги встретил маму, у них что-то «щёлкнуло», и в общину он не вернулся.
• Возвышение — «Экосистемс анлимитед» занимаются чем-то подобным, их «ИИ на биологической основе» — что-то среднее между возвышенными и генетически сконструированными видами: Флоренс создана на основе рыжего волка, профессор Боумэн, создатель одноимённой архитектуры — на основе шимпанзе. Флоренс подробно описывает Сэму жизнь и перспективы первого поколения — если проект не закроют вообще, а всего лишь ограничат волков Боумэна естественным размножением, то их ждёт либо жесточайшая евгеника на века, либо вымирание, так как их всего 50 особей.
• Все верующие — фундаменталисты — вообще не наш случай. Особенно отец Уинстона — искренне верующий, но при этом всерьёз рассматривающий жизни других людей в ключе «делает ли это его/её счастливым», и если ответ «да» — не лезущий со своим уставом в чужой монастырь. В первую очередь, это касается его жены, которая с помощью избирательных блокираторов эстрогена вырастила себе шикарные усы — это делает её счастливой, и пока это так, его всё устраивает.
• Гипердрайв — есть, но стоит очень дорого. Для всех остальных — старые добрые перелёты на досветовой скорости. К счастью, космос освоен достаточно, чтобы можно было вывести в нужные точки орбиты баки с реактивной массой, да и генераторы достаточно компактны, так что можно поддерживать хотя бы номинальное ускорение на протяжении всего полёта, а не болтаться неделями в невесомости.
• Гиперсвязь — отсутствует. Между колонизированными системами сообщения можно доставлять сверхсветовыми кораблями, но это очень дорого. А в пределах системы… Наоми во время внутрисистемного перелёта созванивается со своей семьёй, пока задержка связи не начинает превышать 15 секунд в одну сторону, дальше только отправляет и получает видеосообщения.
• Джедайская правда / Исландская правдивость— Сэм любит, умеет, практикует. Он просто шёл мимо, а дверь была не заперта. Можете посмотреть записи с камер — он просто нажал ручку и дверь открылась. Главное не смотрите записи двухчасовой давности — где он, проходя мимо, вскрывает замок и идёт дальше.
• Законы Кларка — стрип 255 (арка «Covering your tracks»), с написанными на заглавной стене третьим законом и следствием Гема («Любая технология, которую можно отличить от магии, недостаточно развита»), к которым Флоренс добавляет своё следствие: «Любая технология, сколь бы примитивной она ни была, для тех, кто её не понимает, равноценна магии».
• Законы робототехники — в чистом виде не работают. Большая часть местных ИИ построена на основе архитектуры Боумэна (потому что при высадке случайно повредили остальные цеха по производству мозгов), в которой невозможность причинить вред людям сохраняется, а вот с остальным сделали умнее — ИИ разбираются в иерархических структурах людей и различают приказы, распоряжения и пожелания. На классических законах работают роботы с импортными мозгами, и Флоренс без особо труда ловит целую толпу таковых в логическую ловушку.
• Зловещая долина — создатели Флоренс тщательно позаботились, чтобы её вид был на другом краю зловещей долины. Хотя сама Флоренс иногда подумывает, что хотела бы в некоторых аспектах оказаться к этому краю поближе.
• Комическое непонимание сути — Сэм состоит из этого на 80 %. Люди, с которыми он знакомился, очень хотели, чтобы он как можно лучше изучил человеческую культуру и познакомился с как можно большим количеством других людей, и желательно подальше от них самих. Некоторые даже были готовы оплатить ему билет. А те люди, которые видели его без скафандра, были так рады разделить с ним свой (уже съеденный) завтрак, что это создавало проблемы — съесть столько он не мог.
• Коррупция — Флоренс попала на корабль Сэма благодаря небольшой бюрократической ошибке, в результате которой её в глубокой заморозке доставили на борт 1071-CCN, а не на борт 1071-CNN. Эта ошибка обошлась Сэму в два ящика коньяка.
• Мои глаза выше:
  • Нестандартно в случае с Флоренс и Уинстоном. Тут речь идёт о его пластиковых галошах, которые скрипят так, словно битком набиты мышами.
  • А вот в данном случае уже почти стандартно: «Сэр, могу ли я посоветовать вам уделить больше внимания моей корме, а не корме нашего бортмеханика?».
• На тебе! — Сэм очень рад тому, что существуют юристы по делам о телесном ущербе (т. н. ambulance chasers). Всегда приятно на фоне кого-то выглядеть уважаемым и даже почти честным. По этой же причине ему нравится, что есть отделы продаж, занимающиеся холодным обзвоном (cold calling, то есть случайный обзвон телефонов от балды с рекламой какого-то фуфла, предок спама). Досталось и патентным планетным троллям, которые запускают в космос зонды, содержащие несколько замороженных человеческих клеток, чтобы застолбить любую планету, на которую такой зонд приземлится.
• Надмозги — в целом, русский перевод весьма приятен. К сожалению, жертвой переводчиков пали имена Эджа и Бланта: если в оригинале у них парные имена (Острый и Тупой), то в переводе Бланта превратили в Шелезяку (он появился в кадре раньше, чем его напарник), а Эджа тупо транслитерировали, чем загубили шутку даже для тех, кто знает английский и мог бы её понять.
• Неизвестность пугает больше — как выглядит Сэм. Поначалу было известно, что его настоящая внешность вызывает устойчивый рвотный рефлекс и панику у людей. В начале второй главы в сцене, где Сэм разоблачился в спа, сначала показали цвет щупалец (болотно-зелёный), но тут очень вовремя погас свет. Впрочем, контуры Сэма всё-таки можно рассмотреть (лучше всего на этом и этом стрипах), и выглядят они, конечно, совсем не так страшно.
• Непотизм — мистер Корнада был устроен в «Экосистемс Анлимитед» менеджером по скрепкам, поскольку был дядей её генерального директора. У него была всего одна задача — следить, чтобы в офисе никогда не было недостатка канцелярских скрепок. При полностью безбумажном документообороте. А ещё он всегда мог пожаловаться племяннику на любого сотрудника. В итоге стал кошмаром, едва не устроившим катастрофу в масштабах звёздной системы путём глобальной кастрации ИИ.
• Нечеловеческая мимика — у Флоренс. По крайней мере, перенятую у людей улыбку ей приходится сдерживать: на незнакомых людей её оскал производит незабываемое впечатление. У Сэма есть мимика лицевой маски, которая весьма богата на выражения. Есть ли мимика у самого Сэма, неизвестно, так как его родная морда в кадре не появлялась, а во флэшбэке об аналоге легенды о Прометее с родины Сэма персонажи показаны весьма стилизовано.
• Одетые, но раздетые:
  • Для рентгеновского сканера робота-портного прозрачны что волчья шерсть, что любая ткань из органики (неважно, натуральной или синтетической).
  • Термобельё для скафандра настолько обтягивающее, что нормально мохнатая волчица Флоренс в нём чувствует себя ещё более голой, чем вообще без белья.
• Отрастить бороду — комикс начинался как весёлые похождения инопланетянина-мошенника, робота-раздолбая и фурри-собачки, но затем свернул в сторону прав роботов в частности и искусственного интеллекта вообще, трансгуманизма и других серьёзных тем.
• Оммаж — само название комикса — отсылка к Буджолдовской книге «В свободном падении». Также автор делает реверансы в сторону «Звёздного пути» и «Звёздных войн», уважительно спорит с Азимовым.
  • Бортовой номер корабля Сэма — 1071-CCN — зеркальное отражение номера «Энтерпрайза» NCC-1701. А корабль, который доставил Флоренс в эту систему, называется «Азимов».
• Повар-катастрофа — «Если Хеликс попросит у тебя разрешение сделать попкорн, просто скажи „НЕТ“». А также ресторан карательной кулинарии — «Золотое корыто».
• Плох до последней капли — изобретённый Двораком «кофе для псовых». Не содержит кофеина и теобромина, с запахом испуганного кролика… вот только вкус такой, что едва попробовав Флоренс попыталась ошпарить язык, лишь бы ЭТО не чувствовать.
• Прерванный поцелуй — поцелуй Флоренс и Винстона был прерван каким-то пацаном, невовремя выглянувшим в окно.
• Против биохимии не попрёшь — Флоренс, когда возбуждена, виляет хвостом так, что пол трясётся. И вообще, во многих бытовых аспектах ведёт себя, как и положено киноиду. Профессор Боумэн тоже очень старается держать себя в руках, но это не всегда помогает — когда обезьяньи инстинкты берут верх над интеллектом, он становится крайне опасен для окружающих. И это самый мирный из шимпанзе после аплифта. Своих товарищей по процедуре Боумэн, на тот момент полевой медик, вынужден был перед лечением охаживать промышленным электрошокером, а потери в их рядах стали причиной многих его комплексов.
• Разрезы на подоле — платье Флоренс Амброуз давит педаль в асфальт. Дабы не мешать хвосту оно намеренно скроено так, чтобы сзади был широкий открытый промежуток на всю длину юбки.
• Робот-раб — на момент начала комикса все роботы являются собственностью компании, занимающейся терраформированием. Стараниями главных героев, у роботов появилась возможность, выработав свой плановый ресурс, вместо того, чтобы отправляться в переплавку, выкупить себя по цене металлолома и стать самим себе хозяевами. А в конце первой части роботов и вовсе объявили свободными жителями, хотя и с некоторыми ограничениями.
• Сисек не две — с прикрученным фитильком. У Флоренс Амброуз пять пар сосков, как и положено антропоморфной волчице без включений человеческого генома, но именно сисек у неё нет (так что под шерстью этого не видно, а проверить на ощупь она позволит разве что Уинстону).
• Смехотворные пытки — под давлением роботов (которые решительно против того, чтобы человеку, даже такому, как мистер Корнада, был причинён вред) суд приговорил мистера Корнаду к общественным работам — 1000 дней работы в бургерной. Правда, в зачёт пойдут только те дни, в которые он получит оценку «выше среднего», так что если ему не удастся хоть немного перевоспитаться — это будет пожизненным сроком. Впрочем, есть для него и мрачноватый альтернативный вариант — на заводе, выпускающем трифторид хлора, выражение «сгореть на работе» может быть вовсе не фигурой речи.
• Совершенно законный финт ушами — во множестве. Волки Боумэна и сам Боумэн официально считаются ИИ на биологической основе, чтобы не возникало вопроса «почему они являются собственностью». Роботы на станции получили приказ убраться со станции, но поскольку выполнение этого приказа поставило бы жизни её персонала под угрозу, продолжают заниматься техобслуживанием, стараясь не попадаться людям на глаза, породив новый вариант легенды о домовых в виде фиксиков. Техники, конечно, знают о них, но никому не рассказывают — жизнь дороже. А один из техников за привычку носить красную кепку был вписан в новые сказки как Красная Шапка.
  • Вопрос свадьбы Флоренс и Уинстона — по законам, официальным (а не церемониальным) браком могут сочетаться только два человека. Человек — по определению, представитель вида Homo Sapiens. К счастью, биологический вид Флоренс — проприетарная технология, его не внесли в справочники, а следовательно, «первооткрыватель вида» имеет право дать ему название, в том числе, впихнуть в это название словосочетание Homo Sapiens. Учитывая, что администрация станции, на которой происходит дело, относится к молодожёнам весьма благосклонно, подобный трюк вполне может пройти.
• Спрятавшийся ребёнок — Сэм, конечно, не ребёнок, но в космос попал именно так, проникнув на борт космического корабля «зайцем». Ему удалось прятаться до тех пор, пока развернуть корабль и высадить безбилетника не стало слишком дорого. А отправлять новый рейс ради одного Сэма банально предельно невыгодно — его родина находится на уровне каменного века, и взять там просто нечего.
• Спящий корабль — путешествия быстрее скорости света в сеттинге есть, но стоят они неимоверно дорого. Так что те, кто не может этого себе позволить, прибывают на спящих кораблях. К примеру, Флоренс появляется в сюжете именно из капсулы глубокой заморозки, доставленная кораблём «Азимов». А мама Уинстона рассуждает о флотилии кораблей поколений. Самого Уинстона, по причине космофобии, погружают в неглубокую гибернацию на то время, пока их корабль летит в пределах системы от планеты к космической станции.
• Терраформирование — планета, на которой происходит действие первой главы, в настоящий момент подвергается терраформированию. Ради этого на неё скидывают ледяные астероиды, двигают луну и занимаются множеством других интересных дел.
• Трансгуманизм — как минимум, в семье Турмадов — сам Уинстон кондиционирован для работы в космосе (мягко говоря, халтурно — физиологические настройки провели, психологические забыли… У него боязнь космических кораблей, так что именно для этой работы он не подходит категорически. Впрочем, Флоренс полагает, что Уинстон наоборот, недостаточно безумен для космических путешествий), а его родители расходятся в мнениях на эту тему: мама полагает, что человечество должно активнее изменять себя, чтобы быть готовым к новым вызовам, отец — что лучше не спешить и сначала осознать эти новые вызовы, и только потом изменяться.
• Удобная цензура — спа-салон под названием «Convenient Censer». Одежда в нём не допускается, но в каждом кадре интересные места персонажей закрывают разлетевшиеся листки бумаги, листья дерева, бабочки, вода в бассейне, скрещённые руки, волосы или ещё что-нибудь. В нескольких кадриках шутки ради закрывают даже грудь Флоренс — хотя груди как таковой у неё и нет.
• Украли одежду во время купания — какой-то енот стащил у Флоренс Амброуз полотенце, когда она мылась в импровизированном душе.
• Хиппи — Уинстон характеризует свою маму как «хиппи-трансгуманиста-Теслу, только с чуть менее роскошными усами». Усы, кстати, не просто так: если собеседник не может отвлечься от идеи женщины с усами, с ним и говорить не о чем, кроме пустяков, а если может — значит, с ним можно поговорить о трансгуманизме.
• Я пишусь через «Э» — Сэм, когда его называют подлым, вороватым космическим кальмаром, поправляет: он калмар, без мягкого знака (в оригинале «Sqid», а не «Squid»).
• Я этого не просил — окружающие иногда говорят Флоренс, что её создатели подарили ей очень странную и не всегда комфортную жизнь. Сама Флоренс, впрочем, смотрит на вещи оптимистичнее: если бы её не изменили, она бы сейчас уже умерла от старости, не получив и сотой доли того опыта, который она получила, будучи разумным существом.