Серьёзная мина — плохой человек

TV Tropes Для англоязычных и желающих ещё глубже ознакомиться с темой в проекте TV Tropes есть статья Evil Has a Bad Sense of Humor. Вы также можете помочь нашему проекту и перенести ценную информацию оттуда в эту статью.

Для особо любопытных Статья с Wikitropes У злодеев проблемы с юмором — это прекрасное дополнение к нашему весьма экспрессивному мнению. Считаешь, что нам не хватает примеров? Можешь перенести и адаптировать! Твой орлиный глаз служит нам верой и правдой!

«	Я и сам шутить не люблю, и людя́м не дам.	»
— Серафим Иванович Огурцов

Как понять, что перед вами никудышный человек? А очень просто, он не знает, что такое веселье и развлечения. Не понимает шуток, анекдотов, сарказма, иронии и вообще юмора. Сильно (порою до неадекватности) обижается на безобидные подколки и подтруниванья, а на обидные — тем более, всё воспринимает слишком серьёзно и близко к сердцу. Сволочь такая. Нет, вы не думайте, не поэтому. Просто он заодно ещё трус и подлец. Или козёл. Или религиозный фанатик. Или предатель. Или вообще конченая мразь. Педаль в пол, если он не умеет смеяться даже в злобном торжестве.

Причины возникновения этого тропа разные, основная — слишком сурьёзных в принципе мало кто любит, разве только как мишени для шуток. Что, опять-таки, закономерно не делает таких людей добрее. С другой стороны, отсутствие чувства юмора действительно бывает следствием ограниченности, косности, а то и опасной тупости. Опять же, если человек не способен перевести неловкую ситуацию в шутку, велика вероятность, что он взбесится и наломает дров. И да, угрюмый и жёлчный субъект — воистину не самая приятная компания.

В некоторой степени троп-антоним — Мрачный добряк; впрочем, у этого, скорее всего, чувство юмора как раз имеется. Другие противотропы — Улыбашка, Смешной злой (последнее — далеко не обзательно противотроп, поскольку отсутствие у злодея чувства юмора может как раз и делать его смешным).

Примеры

Комплексные франшизы

• «Песнь Льда и Пламени»/«Игра престолов» — Тайвин Ланнистер. Ужас в том, что этот от природы добрый и сердечный человек превратил себя в эталонный бездушный разум целенаправленно, ибо насмотрелся на неправильное применение доброты и сердечности собственным батей и решил: «да не уподоблюсь вовек!» В последний раз его видели смеющимся при жизни жены-кузины Джоанны; теперь лорд Тайвин может позволить себе как максимум холодную улыбку одними губами. А уж когда его (ведь точно его?..) младший сын-карлик начинает ёрничать и фиглярствовать, Папа-Лев вообще превращается в котёл высокого давления: и напряжение так и распирает, и сбросить нельзя.
  • Субверсия — Станнис Баратеон. Такой серьёзный, что уже смешно, ретроград-храмовник, увязший по самые зубцы короны в мистериях зла — но где-то глубоко внутри у Стэна жива и совесть, и человечность, которые он старательно, но не всегда успешно заметает под «цель оправдывает средства». А уж справедливости и чести в этом перце хватило бы на всех его соперников по Войне Пяти Королей.

Театр

• Уильям Шекспир, «Венецианский купец» — Шейлок. Горожане — жизнерадостные, беспечные, щедрые люди, не то что купец Шейлок — угрюмый и жадный хмырь. А с другой стороны — побудьте-ка евреем в ту эпоху. Правда, это не значит, что у него нет чувства юмора. Которое вполне может сочетаться с мрачной рожей.

«	Синьор Антонио, много раз и часто В Риальто поносили вы меня Из-за моих же денег и процентов… Меня вы звали злобным псом, неверным. Плевали на жидовский мой кафтан… …но теперь, как видно, я вам нужен… …Это вы, Вы просите, плевавший мне в лицо, Меня пинками гнавший, как собаку… Что же мне сказать вам?.. «Синьор, вы в среду на меня плевали, В такой-то день пинка мне дали, после Назвали псом; и вот за эти ласки Я дам взаймы вам денег».	»
— Ну в самом деле, почему он такой мрачный и злой?

• «Тот самый Мюнхгаузен» Григория Горина (и экранизация Марка Захарова). Городские власти готовы на всё, чтобы заткнуть жизнерадостному барону рот — даже сломать ему жизнь и публично опозорить. «Я понял, в чем ваша беда. Вы слишком серьёзны. Умное лицо — еще не признак ума, господа. Все глупости на Земле делают с этим выражением лица. Вы улыбайтесь, господа. Улыбайтесь». (Карл Фридрих Иероним).
  • Кстати, у Горина именно «серьёзное лицо». «Умное» — находка то ли лично Захарова, то ли лично Янковского.
    • Янковского. Еще точнее — случайная оговорка в кадре, не переснятая из соображения А что, пусть будет!.

Литература

• Чарльз Диккенс, «Рождественская песнь» — Скрудж едва ли не эталон этого тропа. Правда, к иронии не глух, при условии, что иронизирует сам, так что некоторые его изречения стали крылатыми («Может быть, вы явились не из царства духов, а из духовки, почем я знаю!»). В конце исправился.
• Майн Рид, «Всадник без головы» — Кассий Колхаун. Довольно угрюмый тип с болезненным самолюбием, негодяй, подлец и убийца.
• Антон Чехов, «Человек в футляре» — Беликов. Просто Беликов. Впрочем он не злодей, а благонамеренный трус, но смог испортить жизнь целому городку.
• Приключения Остапа Бендера же! Киса Воробьянинов совершенно не понимал искромётного юмора великого комбинатора. Подпольный миллионер Корейко — тоже тип крайне мрачный. Впрочем, невозможность в советском государстве жить на широкую ногу в конце концов заставила пасть духом и самого Остапа.
• Джордж Оруэлл, «1984» — Партия шутить не любит. «Не будет иного смеха, кроме победного смеха над поверженным врагом» (О’Брайен). Никто никогда не шутил над Партией, перед нею только благоговеют. Нет, правда, никто и никогда. Имярек, говорите, однажды написал памфлет? Не знаем такого. По всей видимости, его никогда не существовало, так как же он мог что-либо написать?
• Джеймс Крюс, «Тим Талер, или Проданный смех» — мистер Трёч до момента покупки смеха у юного Тима своим угрюмым лицом продавливает асфальт до грунтовых вод. Зато после покупки смеха начинает изображать милого весельчака (собственно говоря, ради этого он и заключил договор с Тимом).
  • Далеко не так. Болезненно-серьезным лицом до покупки смеха он обладал. Болезненно-серьезным поведением — ни капли. Он использовал пословицы («Счастье и беда всегда приходят трижды»), и в тексте прямо указано, что он с абсолютно серьезной миной шутил так, что Тим Талер чуть ли не падал со смеху. А как иначе? Будь он вечно угрюмым и насупленным, он бы отпугнул и Тима, и деловых партнеров. Как-никак, барон Трёч в первую очередь делец, и что смех Талера, что добрые карие глаза Крешимира для него в первую очередь инструменты для того, чтобы располагать к себе потенциальных партнеров и таким образом преумножать богатства.
  • А кроме того, трое мошенников, которые в начале книги ловко подменили Тиму первые выигранные деньги на фальшивки, наоборот, вовсю шутили и сами смеялись.
• Если в любом романе Стивена Кинга человек не понимает юмора или иронии… скажем так, в разведку с ним лучше не ходить. Характерные примеры — Гарольд Лаудер в «Противостоянии» и Крейг Туми в «Лангольерах». Правда, у обоих есть причины: Гарольд — типичный озлобленный ботаник, сам часто становившийся объектом насмешек, а Крейг — несчастный безумец с тяжелым детством, жестокой мамашей-алкоголичкой и папашей-тираном. Так же болезненно реагируют на юмор (особенно в свой адрес) маленькие гадёныши Генри Бауэрс («Оно») и Сонни Зингер («Талисман»).
• Эрнст Брама, «Трагедия в коттедже Брукбенд»: инженер Крик, который хотел убить свою жену, был человеком мрачным и нелюдимым. Даже его свадьба с жертвой больше напоминала похороны.
• Умберто Эко, «Имя розы» — Хорхе из Бургоса. Не только сам практически не способен смеяться, но и в принципе считает смех чуть ли не грехом, даже утверждает, что сам Иисус никогда не смеялся! Когда же он наконец торжествующе засмеялся в финале — рассказчик подсвечивает.

«	Он смеялся гортанью, так странно и невесело кривя губы, что казалось, будто он не смеется, а плачет.	»
— и это было жутко

• Мария Семёнова, «Волкодав» — культ Богов-Близнецов поначалу был позитивным и поощрял веселье, вплоть до шуток про самих Близнецов. Но со временем его последователи превратились в серьёзных и безжалостных фанатиков, распространяющих свою веру силой и готовых жестоко покарать за любое неосторожное слово.

Кино

• «Дорога» Федерико Феллини: угрюмый и туповатый цирковой силач Дзампано не понимает юмора, окромя направленного на его особу — тут он может и убить.
• «Убийство на улице Данте» — Шарль Тибо (дебютная роль Михаила Козакова) прямо кипит от возмущения, когда импрессарио Грин подтрунивает над ним, а особенно — над его матерью-актрисой Мадлен. Что не помешало ему принять участие в убийстве обожаемой мамы, когда та пыталась сдать его властям за сотрудничество с нацистами, убийство Грина и донос на родного отца, которого оккупанты повесили. Благо отец тоже любил посмеяться над новыми убеждениями отпрыска: «Воображаю себе этот рай, который построят бараны, купленные на убой!», на что милый юноша отвечал: «Слушай, мудрец, добрые люди научили меня: когда становится скучно спорить — нужно дать в морду».
  • Там же — жених в кабачке, кисло реагирующий на добродушные подшучиванья деревенского люда над ним и его невестой. Узнав, что нацисты планируют взять заложников, если им не выдадут крестьянина, который избил одного из эсэсовских офицеров и убил коллаборациониста, тут же рванул стучать в комендатуру: а вдруг его и возьмут?
• «Человек-амфибия» — Педро Зурита в исполнении всё того же Козакова также совершенно не понимает юмора, всегда угрюм, а если и смеётся — то только издевательски над беднягой Ихтиандром, попавшим в его жадные руки.
• «Карнавальная ночь» и «Старый знакомый» — Серафим Иванович Огурцов (см. эпиграф). В отличие от предыдущих товарищей — просто козёл, но поистине невыносимый. Однако глухость к юмору зачастую играет и против него самого. Особенно во втором фильме.
• Похожий товарищ — и. о. царя Иван Васильевич Бунша.
• Дынин в «Добро пожаловать или Посторонним вход воспрещен!»
• «Эквилибриум»: да весь фильм так построен. Не умеющие чувствовать мрачные клерики — плохие, отказывающиеся от прозиума революционеры — хорошие.
• «У тихой пристани» (1958): старый кляузник Куприянов засмеялся только тогда, когда сошёл с ума.

Телесериалы

• «Твин Пикс» — Лио Джонсон довольно угрюмый и раздражительный тип, домашний тиран, торговец наркотой и потенциальный убийца. Злой Купер-доппельгангер, поначалу любивший истерически хохотать без причины, в третьем сезоне тоже крайне мрачен.
• «В лучшем мире» — Шон, де-факто дьявол. Морда кирпичом — перманентна.
• «Вавилон-Берлин» — тёмный судья Фердинанд Фосс. Угрюм и надменен, да и воспринимает идеи справедливости (в своём её понимании) на максимально серьёзных щщах.
  • Субверсия с комиссаром Бёмом: с одной стороны он выглядит напыщенным и излишне сурьёзным полицейским, который «сам не шутит и другим не позволяет», а потом, когда нам показывают его семью и сына-инвалида, то причину его излишней угрюмости поневоле начинаешь понимать.

Мультсериалы

• Гравити-Фоллс — агент Пауэрс.

Реальная жизнь

• Вопреки стереотипам, приказы об уничтожении тех или иных групп людей отдаются обычно не под злодейский смех, а с очень серьёзной миной и научно выглядящим обоснованием, почему это нужно сделать во имя блага всего прогрессивного человечества. Простые исполнители при этом, конечно, могут веселиться, отправляя на тот свет [вставить уничижительное название объявленной врагами группы населения].
  • Яркий пример — Адольф Гитлер. Германский фюрер не был склонен к юмору. До начала войны он ещё мог изредка пошутить, но после 1939 года он уже не шутил и на шутки окружающих мог отреагировать достаточно резко (например, своего адъютанта Фрица Даргеса отправил на фронт он именно из-за шутки). Для сравнения следует отметить, что его главный геополитический антагонист — Иосиф Сталин — пошутить как раз любил всю жизнь, хотя чувство юмора у него было довольно грубое, в духе Петра Первого.
• Любые идейные фанатики. Могут с пафосным и абсолютно серьёзным видом толкать высокопарные речи, которые для окружающих порой могут выглядеть абсурдно. Крайне остро реагируют на любую критику того, что считают святым, а уж тем более на шутки. Порой даже беззлобная шутка, отпущенная кем-нибудь из менее фанатичных соратников, вызывает у них реакцию берсерка. В тяжких случаях не приемлют вообще никакую критику себя любимых, а в особо тяжких пытаются найти её в абсолютно нейтральных заявлениях. При этом, что характерно, порой сами любят шутить по поводу своих идеологических противников, считая свои шутки остроумными, а реакцию противника — предметом данной статьи.
• Зачастую к этому склонна государственная бюрократия. Порой органы способы «возбудиться» на любую шутку, в упор не видя такой вещи, как контекст. Причина проста — можно получить звёздочку на погоны, изобразив шутника экстремистом, а реально ли его юмор представлял опасность для государства чинушам наплевать.
• Зигзагом в Коране. Видимо Мухаммед был в курсе этого тропа и официально одобрил шутки, но сразу же выдал жесткие гайдлайны, как нужно шутить.