Вам хорошо осуждать/Зарубежная литература

Это подстатья к статье «Вам хорошо осуждать». Плашки и навигационные шаблоны здесь не нужны.

Примеры

• Г. Уэллс, «Человек-невидимка» — доктор Кемп после побега Гриффина напрямую называет его «зверем» и «эгоистом». Однако, побывав в таких условиях, в которых оказался Гриффин из-за невидимости (прогулки с голой задницей по январскому морозу, голод, ежеминутная опасность угодить под кэб, да и вообще быть обнаруженным), не каждый бы вообще сумел сохранить здравый рассудок.
  • «Война миров» — субверсия: да, марсиане натуральные монстры как в физическом, так и в моральном смысле. Но в конце концов, они тоже хотят жить, а их родная планета постепенно умирает. Сам автор, устами рассказчика, неоднократно подсвечивает, что люди вели себя ничуть не лучше во времена захватнических войн.
    • Но так как здесь именно марсиане геноцидят землян, а не наоборот — сопережавать этим космическим крякозябрам не получается.
• Арда, Толкина — дунландцы, если внимательно вчитаться в их историю. Изначально это был мирный народ, не служивший Мелькору. Но сначала, во Вторую эпоху, в их земли пришли нуменорцы, принявшие дунландцев за «Людей Тьмы» (из-за внешности и сильных языковых различий) и вырубавшие их леса. Потом, нежданно-негаданно нагрянули коневоды-роххирим, отобравшие значительную часть дунландских земель, вынудив тех перейти от земледелия к грабежу и разбоям. Неудивительно, что они, озлобленные веками лишений и унижений от «добрых народов», во время Войны Кольца радостно встали под знамёна павшего Сарумана.
  • В качестве конкретного примера можно также привести историю Фреки и Вульфа. Первый был знатным человеком при дворе Хельма Молоторукого хотя тот ему и не доверял (причина не поясняется. Неужели, лишь из за дунландской крови?). Однажды он пришёл во дворец, просить руку дочери короля для своего сына Вульфа, на что король обсмеял его перед всеми гостями. Тогда Фрека, клокоча от ярости, нагрубил в ответ. За это Хельм, после окончания пира, завёл того за угол, и убил одним ударом кулака (за силу можно похвалить, но что это за повадки дворового гопника?) После чего объявил Вульфа врагом страны, изгнал и лишил всех титулов (хотя тот был вообще не при делах). Что тому ещё оставалась делать, как не собрать дунландцев для восстания и мести. Да их обоих попросту спровоцировали! Хотя, тут также свою роль играет изменившаяся мораль.
• Василь Быков:
  • «Сотников» — Рыбак. Его мотивация понятна практически каждому читателю, и очень трудно его осуждать за желание выжить и сбежать (тем более что случаи успешных побегов известны).
    • А точно ли автор его осуждает за такое желание? Будь авторская позиция настолько однозначна, он бы не написал о том, что Сотников, кажется, вполне понимает Рыбака и сам выбивает подставку, чтобы товарищ не перешёл моральный горизонт и смог выйти из неоднозначной ситуации наилучшим путём. Похоже, цензоры, пропустившие такие пассажи, тоже поняли всё более-менее правильно. В «агитке» о том, почему быть предателем плохо, подобным суждениям места не нашлось бы. Тогда это не предмет данной статьи, а всего лищь описание ситуации, трудно поддающейся однозначной моральной оценке.
  • «Знак беды» — Антось Недосека пошёл в полицаи, оправдывая это тем, что у него шестеро детей и брат-коммунист, а жить хочется. И встречаясь со Степанидой, он чувствовал себя очень неловко.
• «Гарри Поттер»:
  • Дурсли, конечно, малоприятные люди, но вы бы не хотели быть на их месте. Магическое сообщество такое: воспитайте-ка нам сына своих самых нелюбимых родственников. Нет, помогать не будем даже материально, хотя денег полно. Для Петуньи (на которой и без того лежат все заботы по дому, и домовых эльфов в её распоряжении нет) наверняка не проблема смотреть сразу за двумя малышами, всякие там бессонные ночи, детские болезни, ноль времени на себя. А еще этот ребенок творит магическую хрень, которую сам не контролирует. А еще за ним охотятся темные силы. Почему вы, такие сволочи, его не любите? А ведь в будущем ситуация только усугубилась: вокруг мелкого Поттера начали крутиться разные сомнительные личности, на маглов смотрящие, в лучшем случае, как на забавных зверушек в зоопарке (ух ты! маглы! настоящие!), и то и дело норовящие устроить Дурслям какую-нибудь магическую подлянку — то хвост ребёнку вырастят, то язык увеличат, то вообще близкое знакомство с дементором устроят…
    • Особую пикантность ситуации придает то, что в некотором роде даже любят. У Дурслей были странные (с точки зрения Гарри) представления о том, что для Гарри будет лучше, однако они были. И один раз случившаяся у Вернона попытка и в самом деле перестать учитывать интересы Гарри была немедленно пресечена его женой.
  • Предательство Питера Петтигрю. «Значит, надо было умереть, а не предавать друзей», — знаешь, Сириус, можно не бояться смерти самому, но всё же требовать самопожертвования от другого несколько странно. Не говоря уже о том, что умереть можно очень по-разному, и если герои предателя в худшем случае просто бы пристрелили, то Волдеморт устроил бы участь хуже смерти, которую Снейп двумя годами позже во всех красках опишет. Кстати, он вовсе не обязательно устроил бы эту участь самому Петтигрю — во всяком случае, не в первую очередь. Все помнят, что у него была мать? Тем не менее, защитникам Питера стоит помнить, что он добровольно стал Хранителем тайны Поттеров. Особенность Фиделиуса в том, что Тайну можно было раскрыть только добровольно. Не под пыткой, не под принуждением, а добровольно и с песней. Именно это и было главным приемуществом Фиделиуса. За все семь книг, кстати, ни один защитник Тайны не пострадал именно из-за неё, то есть заклятие доказало свою надежность. А Питер не просто сдал друзей с потрохами, а перебежал к Пожирателям еще до того, как стал Хранителем Клятвы. Просто потому, что они казались ему сильнее.
  • Дамблдора часто осуждают за интриги, манипуляции и «выращивание Гарри на убой». Вот только Дамблдор вёл войну с тёмным властелином и ордой его сторонников, поначалу имея в распоряжении лишь школу (хотя начиная с пятой книги добавился и воссозданный орден Феникса) и Гарри в качестве главного козыря. И итогом этой войны стала решительная победа над глобальной угрозой, достигнутая ценой весьма скромных потерь, а сам Дамблдор в тылах не отсиживался и проявил не меньшее самопожертвование, чем ожидал от своих подопечных.
• «Песнь Льда и Пламени»:
  • Сандору Клигану ставят в вину убийство мясницкого сына Мики по приказу, но какие у него были альтернативы? Судя по тому, что Сандор, довольно успешно отбиваясь от прочих обвинений, по этому пункту оправдываться и не пытается (в отличие от сериального Сандора), совесть его таки мучает. Если подумать, отказался бы он, казнили бы его? Спас бы он этим Мику? Вряд ли. Джоффри шлея под хвост попала, так что он бы мог ещё и казнь измыслить «поинтереснее».
    • Вообще-то, Мика сбежал в лес и Клигану пришлось за ним скакать. Мог бы вернуться и спокойно сказать, что сделал дело. Они всё равно остановились в этой дыре на одну ночь, на завтра Роберт прихватил бы Джоффри и уехал, невзирая на его и Серсеи истерики. И Мика вышел бы из леса… и жил бы дальше. Дело в том, что сама мысль пощадить парня Клигану просто в голову не пришла.
    • И не надо забывать, что сеттинг у нас таки с довольно классическими феодальными порядками. И Клиган мало того, что представитель феодального сословия, а Мика — простолюдин (кто там, в феодальных обществах, этих простолюдинов вообще считает?), так вдобавок ко всему Клиганы — это новая мелкопоместная знать, сама только-только выбившаяся в князи из той же грязи. Для таких феодальных лордиков очень типично презирать простой народ куда более глубоко, чем это делает старая потомственная знать, как, например, Старки. Так с чего бы Сандору вообще считать, что жизнь этого Мики чего-то стоит, чтоб он, Сандор, что-то ради него делал?
    • Предположительно, у Клигана был прямой приказ убить Мику — либо от Джоффри, либо от Серсеи. Ведь король наверняка захочет выяснить, что произошло в действительности, а Мика — нежелательный свидетель, способный опровергнуть (или как минимум поставить под сомнение) версию Джоффри и подтвердить версию Арьи.
      • Клигана осуждают не столько за факт убийства, сколько за то, с каким удовольствием он об оном рассказывал. Он с хохотом гнался за мальчиком и рассказывал об этом без тени стыда или неудовольствия.
  • Септон, вместе с которым Бриенна идёт к Риверрану, отыгрывает троп по отношению к дезертирам. Да, они совершают преступления, и могут быть так же опасны, как разбойники. Но что ещё делать человеку, который оказался на войне против воли, без оружия и навыков, потерял лорда и всех знакомых, и даже не знает, в какой стороне его дом? Отбившись от армии после очередного сражения, он скитается в незнакомой земле и пытается прокормиться — вот и доходит до воровства или чего похуже.
  • Но самый, наверное, показательный пример — покушение (неудачное) Джейме Ланнистера на Брана. Да, убивать детей — плохо, в том числе и в Вестеросе. Но как бы вы поступили, если бы на другой чаше весов находились любимая женщина и ваши собственные дети? Пожалуй, ключевую роль в моральной оценке этого поступка телезрителями играет не только то, что сделал Джейме, но и как: с улыбкой и довольно циничными интонациями, ясно показывая, что никаких моральных терзаний по поводу убийства маленького мальчика он не испытывает. Как следствие, проблему садистского выбора полностью нивелирует показное: «Эй, ребята, глядите! Я — полное чудовище!»
    • Не испытывал. В сериале, спустя несколько лет, он смотрит на результат покушения иначе. И вообще, как раз представление себя полным чудовищем как раз логично для Джейме: окружающий мир действительно считает его таковым. Собственно, поэтому Ланнистеру проще показать себя злодеем, тем более перед Серсеей.
    • Джейме отыгрывает троп в самом что ни на есть рафинированном виде — все, кому не лень, осуждают его и называют цареубийцей, не зная истинной причины. В том числе те, которые остались живы благодаря этому. Возможно, именно поэтому он и начал демонстративно позиционировать себя как полное чудовище — сгорел сарай, гори и хата.
  • Подходит и Тайвин Ланнистер. Учитывая, через что ему пришлось пройти (педаль в пол: в молодости и непосредственно до гражданских войн), как минимум понять его можно. Ваша мать скончалась в период вашего же детства, новая любовница отца демонстративно носит мамины драгоценности и ни во что остальную семью не ставит, а слабовольный папенька отдает любимую сестру «мерзким хорькам» (Фреям, да). Дома-знаменосцы вовсю расхищают золото и в ответ на требование вернуть долги захватывают заложников — из-за чего приходится вырезать наиболее активных бунтовщиков. Король Эйрис из лучшего друга превращается в откровенное чудовище, на которое даже Тайвину не очень приятно смотреть. К тому же подложил Тайвину изрядную свинью, «забрив» потенциального наследника в Королевскую гвардию (с пожизненной службой и отказом от наследства и женитьбы) — и теперь Кастерли Рок по всем законам должен достаться ненавистному младшему сыну, карлику и повесе. Даже расправа с наследниками Рейгара Таргариена выглядит логичной: до самой смерти принца Тайвин ничего не предпринимал. Да, он выжидал выгодную ситуацию, но и ранее считал Рейгара достаточно вменяемым в качестве правителя. А когда последние надежды рухнули… Кто знает, что получится от связи дракона и дорнийской змеи, воспитанных непонятно кем — на непредсказуемых королей Тайвин насмотрелся уже достаточно.
  • Есть мнение, что и Уолдер Фрей тоже подходит под сабж — уж слишком долго и упорно об его серьёзный род фигурально вытирали сапоги Талли и Старки. Да, месть через Красную Свадьбу была перебором — но при более благоприятных обстоятельствах Фреи бы запросто стали кем-то вроде Болтонов: жуткие истории вовсю бы курсировали, но в «нерукопожатные» никто бы не записывал.
    • Тут довольно сложный момент. Без сделки с Уолдером Фреем восстание Робба скорее всего закончилось бы, толком не начавшись. Таким образом с точки зрения Короны, Уолдер Фрей и весь его дом оказываются в числе ключевых бунтовщиков, то есть ходят они де-факто под «расстрельной статьей». Одно дело когда риск расправы со стороны Ланнистеров уравновешивался потенциальными выгодами от возможности породниться с независимым королем Севера. А когда вдруг выяснилось, что обещания Старков не стоят ломаного гроша, кто бы отказался от возможности заслужить королевское помилование?
      • Если бы Фреи послали Старков на очередную просьбу о помощи, никто бы им и о них слова не сказал. Или если бы согласились помочь в обмен на свадьбу Эдмара и девицы Фрей, а потом оставили Старков перед мостом и сказали бы что-то типа: «Держим свои обещания так же, как король Севера», опять же, их все бы поняли, никому не приятно оставаться в дураках. А организацией Красной Свадьбы Фреи в первую очередь прокляли себя в глазах богов и людей. Их все ненавидят не потому что плохо убивать безоружных и пьяных людей, а потому что Фреи нарушили закон гостеприимства, который чтут даже одичалые и даже Годрик Борелл. Каким бы некрозоопедофилом ни был человек, если он поел в твоём доме, с точки зрения богов и людей он неприкосновенен, пока не покинет твой кров, а в идеале ещё и пока вы не обменяетесь прощальными подарками — как поступил Виман Мандерли с понаехавшими к нему Фреями. Поэтому запекание Фреев в пироги и убийство Уолдера Малого под нарушение закона гостеприимства не подпадает и богами порицается не так. «Боги осудили его не за то, что он скормил гостю мясо его сына, а за убийство гостя под своим кровом — этого боги не прощают» © сказка о Поваре-Крысе.
    • Вернемся к восстанию Баратеона. Вы же помните, что Уолдера частенько называют «Late» (Опоздавшим/Покойным) за то, что он не прибыл на Трезубец к ключевому сражению? Ничего личного, но это то, что называется "реальная политика". Да, дом Фреев очень силен - второй по силам в Речных Землях. Но терять могущество и положение из-за одного неудачного выбора Уолдер Фрей не хочет. Кстати говоря, Тайвин Ланнистер сделал точно так же, выжидая до последнего. Просто у Уолдера, чьи земли находились в окружении мятежников - между Сероводьем (Ридами, лояльными Старкам), Сигардом (Маллистерами, потерявшими от рук Эйриса одного из своих наследников), Лунными горами (формально подчиненными Арренам, а фактически — горным кланам) и собственно Риверраном, выбор был небольшой. Но и его он отлично разыграл.
• «Князь Пустоты» — ну да, Сорвил хочет убить Келлхуса и не верит в его спасительную миссию. Ну да, он связался с очень неприятными сущностями. Но его с детства учили, что эти сущности — боги, Келлхус — демон, да и то, что он убил отца Сорвила, которого мальчик очень любил, не способствует установлению тёплых дружеских отношений с самозваным Мессией.
• Дин Кунц, серия про Франкенштейна — субверсия. Дано: Рэндалл, искусственный человек, умышленно сделанный аутистом с ОКР для эксперимента, да ещё и проживший всю свою небольшую жизнь в одной комнате. Однажды Рэндалл узнал про мальчика-аутиста, окружённого любовью семьи и оттого счастливого. Рэндалл немедленно захотел тоже попасть в эту семью. Мы, читатели, разумеется, понимаем, что ничего хорошего из этого не выйдет, — да ещё и видим убийство и другие скверные вещи, которые творит Рэндалл на пути к семье. Но ненавидеть Рэндалла при этом совершенно не за что: он не понимает, что творит зло. А потом следует субверсия: перед Рэндаллом встал-таки этический выбор, который он прекрасно понял (стать «Авелем», то есть внедриться в семью братом мальчика, или «Каином», то есть убить мальчика и получить всю любовь для себя. Да, конечно, это так не работает — но важно, что так это видел Рэндалл). И Рэндалл сознательно выбрал злое решение.
• Цветы сливы в золотой вазе — автор, конечно, старается выставить Пань Цзиньлян полным чудовищем, но все-таки ее продали совсем ребенком сначала развратному старику, а потом, когда жена старика Похабыча запротестовала — некрасивому и бедному У-Да. Никто никогда вообще не спрашивал, чего она хочет, просто пользовались ею как наложницей и рабыней — удивительно ли, что у нее тоже нет никакой жалости к людям?
• Три мушкетёра.
  • Автор из кожи вон лезет, пытаясь выставить Миледи полным чудовищем. В реальности явно очень незаурядная девочка с хорошим воспитанием находится в монастыре. Впоследствии о её родне не говорится. Похоже, что это сирота или ставшая ненужной дочь от предыдущего брака, которую сплавили в монастырь, чтобы не путалась в делах с наследством. Затем она «соблазнила священника». Миледи на тот момент было лет 13. Знаем мы таких взрослых дяденек, которых то и дело соблазняют незрелые девочки. К ранним бракам тогда относились куда проще, но тринадцать лет — рановато даже по тогдашним меркам, да и речь не о браке. Церковь обокрала тоже явно не девочка-монахиня. Клеймо на плечо Миледи наложил брат священника, самовольно. Затем её попытался казнить «любящий муж», не дав юной жене сказать ни слова в оправдание. Его можно понять. Миледи — тоже. Действия д’Артаньяна по отношению к Миледи в наше время были бы расценены как изнасилование. Об отравлении мужа-англичанина мы знаем со слов лорда Винтера, который наложил руки на наследство братца, а племянника выкинул за порог. Совершенно бескорыстный свидетель. Без оговорок Миледи можно предъявить только отравление Констанции (совершённое, скорей всего, по приказу кардинала в рамках устранения опасных свидетелей), подстрекательство д’Артаньяна к убийству де Варда и покушение на убийство самого д’Артаньяна. Причём последнее больше по разряду вигилантства: добиться правосудия иным способом не было никаких шансов. Как бы положительные главные герои за время действия романа совершают куда больше предосудительных поступков сопоставимой степени тяжести. От участия в интригах на стороне герцога Бэкингема, англичанина и врага Франции, и до многочисленных убийств.
  • Та же ситуация с её сыном Мордаунтом (правда, в меньшей степени). Ах, подлец! Пытается убить главчетвёрку мушкетёров, убивает палача, дядю и такого прекрасного короля Карла… Ну да, ну да. Только вот мушкетёры вместе с теми же дядей и палачом убили его мать, а на закономерные претензии отвечали в духе «твоя мама была бяка и ты наверняка… а нет, не наверняка, ты точно такой же». А потом ещё дядя на пару с королём лишили сына Миледи наследства и выперли из дома. Действительно, чего это парень так их всех ненавидит и желает прибить?
  • Похуже, но похоже обстоят дела с «мелочным подлецом» Бонасье. Он, конечно, не шибко умён и не страдает особым великодушием, но однако д’Артаньян живет и столуется у него фактически бесплатно, угрожая в ответ на попытки напомнить о долге, да еще и домогается жены Бонасье, а та только рада. Вызвать обнаглевшего дворянчика на дуэль простолюдин не имеет права, даже не вспоминая о разнице между профессиональным бойцом, обучавшимся владеть оружием с пелёнок, и обычным обывателем. Обвинять галантерейщика в том, что он согласился шпионить на всемогущего кардинала? Попробовал бы он отказаться.
• Дюна Фрэнка Герберта — Юйэ. Да, он отключил силовые щиты вокруг дворца Атрейдесов, полностью обрушив их защиту, но… Во-первых, Харконнены держали в плену его жену, считавшуюся мёртвой, и обещали отпустить её живой и здоровой обманули. Во-вторых, он встроил в зуб Герцога Лето капсулу с ядом, с помощью которой намеревался убить барона. И в-третьих, он специально подготовил побег Пауля и Джессики, дав им всё необходимое для выживания в Дюне. По сути, этим Юйэ даже сыграл на руку протагонисту. Фиг бы у Пауля проснулись пророческие способности, если бы он сидел во дворце, окружённый роскошью!
  • Да вот ни разу не троп — автор и не пытается сделать из него подлеца и негодяя а напротив максимально убедительно раскрывает мотивацию Юйэ, его старания максимально исправить последствия своих действий и что даже собственная смерть его уже мало волновала. Да и сам барон недвусмысленно хвастается, что ему удалось сломать имперское кондиционирование, заставив доктора пойти на предательство пытая его жену, что ранее считалось невозможным. Что, в свою очередь ставит другой вопрос — как при такой банальной и очевидной уязвимости имперского кондиционирования его все считали абсолютно надежным?
    • Это понятно. Проблема в том, что во всех экранизациях, адаптациях, песнях и фанатском творчестве из него чуть ли не полное чудовище делают. И выглядит это так, что Харконнены ему ЧТО-ТО пообещали, и ради этого он предал герцога. А потом, гад такой, ещё и Харконненов предал, попытавшись убить барона. А посыл «какая разница, за каких хозяев воевать, если это несёт вред твоим близким людям» и «из двух зол ни одно выбирать не стоит» (не такие уж Атрейдесы и няшки) безвозвратно утерян. См.ниже Фуго Панакотта.
      • А делается это потому, что, во-первых, внутри самого сеттинга, в том числе и стараниями Брайана Герберта, Юйе выставляется полностью отмороженным чудовищем, архетипом предателя, местным Иудой («Юйе! Тысячи смертей мало для Юйе!»), во-вторых, упомянутый Брайан прошёлся не только по Юйе, в оригинале барон Владимир Харконнен показан пусть и растленным и избалованным аристократом, но тем не менее практичным и неглупым человеком (автор подсвечивает что он был умнее всех тогдашних имперских ментатов, из-за пристрастия к пряности), и имел (неядовитый) зуб на герцога Атрейдеса, известного своими заносчивостью и мстительностью, ведь барон посылал ему предложение перемирия, которое тот отверг, о патологической жестокости барона же известно только со слов Лето Атрейдеса, его злейшего врага. Мог Черчилль времён «Холодной Войны» хорошо отзываться о Сталине? Сам Герберт-Ст. крайне скупо и неохотно раскрывал своих персонажей, о том же бароне Харконнене мало что вообще известно, и это аукнулось автору тем что он недописал свой цикл, оставив его на растерзание сынишке. Разные же обоснуи про патологическую жестокость барона и покушение при помощи салусанского быка — это всё новодел Герберта-Мл., ИЧСХ, фанаты барона знают именно за это, за то что он жестокий гомосек, тогда как у его папаши барон — чуть ли не фанерный злодей, нужный исключительно для развития сюжета.
  • Негодяй — вряд ли, а вот идиот он точно. Весь вопрос в том, верил Юэ, что его жена жива, или нет? И независимо от ответа его действия оказываются идиотскими. Если он допускал, с вероятностью хотя бы в пять процентов, что Харконнены могут для разнообразия говорить правду, то нелепой выглядит авантюра с ядовитым зубом — тогда он уж точно лишал себя малейших шансов её спасти. А если гарантированно НЕ верил, то чего ради было предавать Атрейдесов? Тогда лучшим способом отомстить барону было бы пойти в службу безопасности герцога и рассказать всё начистоту — кто, как и для чего его завербовал.
    • В книге чётко говорится: знал, что она жива и знал, что её убьют как только он сделает то, чего от него хотят. Своим предательством он не пытался спасти ей жизнь, понимал, что это невозможно, а лишь хотел избавить от дальнейших мучений. А авантюра с зубом — попытка насколько это возможно, смягчить последствия.
      • И тем не менее, даже в этом ракурсе Юэ проявляет удивительное доверие к Харконненам. Какие у него гарантии, что убьют именно сразу и при этом достаточно быстро и безболезненно? Напомним, барон и его свита известны тем, что они, во-первых, совершенно отмороженные садисты, а во-вторых — при этом отнюдь не дураки. С учётом первого они могли запытать несчастную женщину просто так, развлечения ради. А с учётом второго — могли и придержать ценную заложницу на пару недель, просто на всякий случай — и если за это время авантюра с зубом раскроется, её опять же не ждёт ничего хорошего — даже в смысле «хорошей» смерти.
        • Он достаточно хорошо знал, что для отмороженных садистов Харконненов будет наиболее вероятным поступком. Они обещали ему вернуть жену живой, но убили, как только он исполнил то, что они хотели. С их точки зрения — издевательство, с его — милосердная смерть для неё, которую в противном случае ждало бы ещё неопределённо долгое время заточения и пыток.
• Эрнест Клайн «Первому игроку приготовиться» — вся корпорация IOI, если посмотреть на ситуацию с другого ракурса. Холлидэй — гений, но в реальной жизни ни бум-бум. Свое наследство решил разыграть в соревновании, которое никак не проверяет личные или деловые качества наследника. Победителем станет гик, который просто хорошо знаком с поп-культурой, что в финале и случилось. При этом от OASIS зависит весь мир, как минимум, в плане образования и общения. Наверняка, там и биржа, и ЖКХ, и всякие системы безопасности завязаны на той же платформе. IOI очень организовано пытаются решить проблему. Не говоря уж о том, что посреди апокалипсиса корпорация обеспечивает нормальную жизнь тысячам сотрудников. Но автор на стороне юных гиков, поэтому не жалеет для бизнесменов черной краски. А фильм пошел еще дальше.
  • IOI по книге это мировой провайдер который обеспечивает функциональность ОАЗИСа на планете, а компания Холидея владееет серверами ОАЗИСа и программным кодом. Одна не может существовать без другого. Вот только IOI это современная корпорация зла типа EA, Активижен или Майкрософт, скупающие и закрывающие работающие студии — когда станет монополистом, похерит всё, что попало к ней в руки ради циферок в отчёте. Именно в этом заключается её зло, так что понять её можно, но вот простить уже нет.