Dragon Ball

«	Если знать, куда повернуть, в Городе Грехов можно найти всё, что угодно.	»
— Фактически лейтмотив серии

Город грехов (англ. Sin City) — серия графических новелл в жанре нуар от знаменитого Фрэнка Миллера. Входит в обязательный набор тех комиксов, который рекомендуются к прочтению. Настоящую широкую популярность комиксу, несомненно, принесла его экранизация Робертом Родригесом… Впрочем, не будем тратить много времени на то, что вы вполне можете прочитать в Википедии. Если в двух словах: Фрэнк Миллер — это один из тех парней, которые поменяли наше представление сначала о супергеройских комиксах, а потом о комиксах вообще. Миллеру дали дорогу, по большому счету, Дэнни О’Нил и Нил Адамс — самые мрачные и стильные художник и сценарист, которые были у Бэтмена в семидесятые. Эти двое с нуля переоткрыли публике Темного Рыцаря так же, как через полтора десятка лет это сделает Миллер. Он возьмет их густое вино и перегонит в крепчайший самогон марок «Dark Knight Returns» и «Year One». О’Нил спустил Миллера с цепи — отдал тому под безраздельный контроль тонущую серию «Daredevil». Миллеру было двадцать три. Тогда в индустрии так было можно. В том возрасте, когда большинство людей только заканчивает институт, Миллер уже делал лучшие комиксы. В этой точке жизни сложился подход Миллера как сценариста, который и будет виден в «Городе грехов». Миллер хотел делать криминальные романы, а в комиксах были нужны супергерои в трико. И он делал криминальный роман про парня в трико. Сначала на «Сорвиголове», потом на «Бэтмене», локтем задел даже «Росомаху». Все герои, за которых брался Миллер, становились мрачнее и жестче. Заметьте, мы не говорим «реалистичнее». Да, проблемы били под дых, а враги не придумывали причин, чтобы оставить жертву живой, мочили сразу. Но была и сверхчеткая граница между хорошими и плохими парнями, было презрение к законам физики и физиологии, была размашистость штрихов и поступков, доходившая до абсурда.

В начале девяностых Фрэнк Миллер разругался с DC и Marvel и ушел в издательство Dark Horse, известное своей куда более мягкой редакционной политикой, чуть позже он переехал в Лос-Анджелес. Калифорния существенно изменила образ города-ада в голове автора. Супергероев больше писать никто не заставлял, ограничений на визуальный ряд тоже не было. Почва была благодатной не для одного Миллера — примерно в то же время был задуман великолепный «Хеллбой». Первая история (принято называть их «yarns», то есть байки) про Город Грехов вышла в антологии «Dark Horse Presents» в двух частях. В дальнейшем ее издавали как роман «Трудное прощание». Вообще, читать «Город грехов» желательно именно как отдельные томы. Разбивка на выпуски была больше данью уважения к жанру. Миллер все делал по своим правилам — в том числе сдавал работу, так что периодичность выхода у мини-серий была непредсказуемая. Но результат всегда стоил ожидания. И картинка, и сюжет «Города грехов» произвели настоящий фурор в индустрии. Истории о Бэйсин-Сити долбанули криминальные комиксы высоковольтным разрядом и заставили это сердце биться заново. По продажам это был настоящий блокбастер.

Традиции жанра нуар предполагают игру света и темноты, передающую основные темы историй — здесь все не то, чем кажется, тайны притягательны, опасности невидимы, а мораль большинства персонажей в лучшем случае серая, и только самые лучшие люди могут какое-то время, как правило недолгое, оставаться «белыми». Главный герой в нуаре часто расплачивается за совершенную ошибку, не реже — за то, что не хочет поступаться принципами. Он часто бывает обманут — в городских джунглях он сам хищник в окружении еще более страшных хищников. У жанра нуар по нынешним временам немало сомнительного: красотки и богачи здесь всегда опасны, женщины бывают только святыми и шлюхами (а главными героями — исчезающе редко), нарушение закона является лучшим и/или единственным выходом из ситуации, а среднестатистический хороший парень поубивал не меньше народу, чем главный злодей. Половину этих признаков жанра нуар Фрэнк Миллер довел не то до совершенства, не то до абсурда, так что даже непонятно порой, серьезно это он или это уже такая сатира. Вторая половина ему мешала и была выброшена за ненадобностью.

В «Городе грехов» все самое-самое. Самые живучие герои, самые чудовищные злодеи, самые толстые намеки и самые буквальные метафоры (означающие обычно либо власть, либо смерть). Закадровые монологи героев дают прикурить Чандлеру и Хэммету, а персонажи выглядят на страницах то как сгустки темноты, то как светящиеся изнутри фигуры. Каждый, даже напрочь третьестепенный персонаж, настолько выпуклый и гипертрофированный, что неизбежно запоминается. Кровь льется ведрами. В репликах выделено жирным шрифтом каждое третье слово. Герои, «по размерам не помещающиеся в жизнь» (меткое английское выражение), покрытые шрамами от старых ран — не на теле, так на душе — застывают на страницах каменными гигантами, а в сражениях предстают как герои греческого или кельтского эпоса. И при этом все это не кажется чрезмерным (хотя кому-то может и не придется по вкусу). Фрэнк Миллер на голову выше «крутых» авторов комиксов типа Миллара, Лайфелда и Энниса тем, что «Город грехов» нужен не для эпатажа публики, донесения убеждений автора и заигрываний с читателем и индустрией. Все это, увы, будет в биографии Миллера — но позже. В Sin Сity Фрэнк Миллер рассказывает истории, которые хочет рассказать, именно так, как нужно этим историям. Все честно. За это мы его и любим.

Экранизации

Изначально «Город Грехов» не планировалось адаптировать для широкого экрана, да и вообще у Фрэнка Миллера на тот момент отношения с кинематографом складывались не лучшим образом — вторую и третью части РобоКопа, для которых он писал сценарии, ни критики, ни публика не приняли. Но комикс попал в руки Роберта Родригеса, который прямо-таки загорелся идеей его экранизировать. Он втайне отснял пролог по рассказу «Клиент всегда прав» — и уже с ним явился к Миллеру, с ходу предложив место полноправного сорежиссёра. В качестве гостевого режиссёра был также заявлен Квентин Тарантино (увы, ничем особо примечательным он не отметился: под его руководством был снят только диалог Дуайта и мёртвого Джеки-Боя в машине). Помимо «Клиента», в фильм вошли новеллы «Трудное прощание», «Большая смачная резня» и «Тот Жёлтый ублюдок». Практически на все роли были приглашены безусловные звёзды; великолепный саундтрек, как у него водится, Родригес по большей части написал сам, за остальным — отправился к проверенному Грэму Ревеллу и недавно получившему «Оскар» Джону Дебни. Конечный результат был просто обречён стать шедевром — так оно и вышло. Фильм 2005 года вчетверо окупил свой бюджет, собрал высокие оценки зрителей и критиков, поэтому появление сиквела было вполне ожидаемым.

Нельзя сказать, что он не заставил себя ждать: фильм «Город Грехов 2: Женщина, ради которой стоит убивать» вышел только в 2014 году. Помимо заглавной новеллы, в него вошли рассказ «Ещё одна субботняя ночь» и две новеллы, специально написанные для фильма: «Долгая ужасная ночь» и «Последний танец Нэнси». Увы, повторить успех на этот раз не вышло: критики заклеймили фильм бессмысленной вторичной поделкой, и он едва отбил половину своего бюджета. Тем не менее, у зрителей сиквел получил признание — но только после выхода на DVD. Коммерческий провал, судя по всему, поставил крест на запланированном триквеле (где помимо прочего планировалось вывести на экран Уоллеса).

В 2017 году появилась информация о производстве сериала по «Городу Грехов». Почти два года новостей о проекте не появлялось, и надежда увидеть его практически растаяла… ан нет, жив! В ноябре 2019 г. появилась информация, что к работе над сериалом будут привлечены авторы оригинальной кинодилогии: Миллер уже дал своё согласие и даже предложил идею анимированного приквела к сериалу; переговоры с Родригесом ещё ведутся, но страгическое «да» вроде бы уже получено.

Ах, да. Есть ещё трёхминутный фан-фильм по новелле «Трудное прощание».

Так что тут есть?

Будь хорошим или умри. Марв мотивирует.

• Анахронизм — Бейсин-Сити словно существует вне времени: вроде бы эстетика 50х-60х, но некоторые детали явно выбиваются. Так, Жёлтый ублюдок ездит на Кадиллаке 1937 года, в то время как его подручные — на Феррари 1994-го. Сенатор Рорк еще за восемь лет до этого был вооружён Colt Defender — этот пистолет поступил в продажу только в 2000-м. Мобильные телефоны вроде как существуют, но не повсеместно и в виде ранних «кирпичей» из начала 90х.
• Антигерой — их здесь много, но педаль в пол давит Марв. Добро с кулаками, как оно есть. Половина (большая) его гардероба — это трофеи, снятые этим отмороженным уродливым гигантом с различных убитых им ублюдков. Он альфа-хищник местных каменных джунглей — и Марв прекрасно это осознает. Тем не менее, за близких ему людей он вполне готов порвать на клочья любого, и среди персонажей комикса мало найдётся равных ему по благородству души.
• А что, так можно было?! — стоило ли Джонни идти к подпольному доктору Кронигу, чтобы оставить у него свои последние 40 долларов и туфли? С такой-то феноменальной удачливостью в азартных играх стоило дойти до первого же игорного заведения — и оттуда уже с комфортом уехать к лучшему врачу в городе.
• Безымянный злодей — вежливый киллер. За свою исключительную клиентоориентированность был полуофициально назван Продавцом («The Salesman»), но и это прозвище исключительно дойлистское. Он вообще безымянен.
  • Начиная с повести «Синеглазка» носит кличку «Полковник». Там же выясняется, что управляет целым корпусом наёмных убийц и работает на Валенквиста. Но с тем же успехом может работать и на полицию — судя по всему, ему не особо важно на кого: просто нравится человеку его работа. Имя по-прежнему неизвестно.
  • В рамках серии комиксов подходит и Рорк-младший, он же Жёлтый Ублюдок. Правда из чисто «киношных» новелл сиквела — «Долгая ночь» и «Последний танец Нэнси» — зритель узнаёт и имя — Итан (Младший).
  • Согласно слову Божию, Итаном зовут и самого сенатора (и сына он назвал в свою честь), но, в комиксах это тоже оставлено за кадром.
• Бетти и Вероника — соответственно, Гэйл и Эва для Дуайта. Да, вот такие в здешних краях «Бетти».
• Боевой феминист — полнейшая аверсия с Марвом. Во всяком случае ради личной самозащиты женщину он точно не тронет.
  • А вот Дуайт и даже Уоллес — вполне.
• Великолепный мерзавец — Эва Лорд, крутящая мужиками в своих интересах, киллерша-нимфоманка Делия, умеющая прикинуться невинной овечкой, ее босс «Полковник», и его собственный босс, а заодно и босс всей мафии — герр Валенквист, он же «Фриц». С оговорками под троп можно отнести и Кевина;
  • Да и сенатор Рорк, хотя он, пожалуй, слишком мерзкий;
  • «Лайт-версией» можно назвать и Дуайта (разумеется, после инцидента с Дэмиеном Лордом). А вот Марв — уже соседний троп.
• Великолепный зверь — Дуайт подсвечивает, что Марву гораздо лучше было бы жить в древности, на полях сражений или гладиатором в Древнем Риме: «большинство людей думают, что Марв просто сумасшедший. Я же думаю иначе: ему просто не повезло родиться в не своё время. Он человек другой эпохи. Родись он на свет, когда на полях сражений лилась реками кровь, а топоры хищно вгрызались в тела своих врагов — то это был бы его дом. Или арена римского амфитеатра, где взяв в руку меч, он стал бы настоящим героем публики, а женщин, таких как Нэнси, кидали бы к его ногам».
• Вечная загадка — был ли Джеки-Бой героическим полицейским, или такую репутацию ему создали его покровители в обмен на некие услуги? А ведь этот момент принципиально меняет взгляд на происходящее: если во втором случае он — подонок и ничтожество, не заслуживающее никакого сострадания, в первом — фигура скорее трагическая: страдающий от жёсткого ПТСР вчерашний герой, никому, в общем-то, не нужный, и получивший толику сочувствия только от Шелли (вспоминаем её рассказ о знакомстве с ним).
  • Согласно комментарию Миллера — первый вариант. Он даже готовил комикс про то, как Джек Рафферти из героя превращается в гнусного алкаша, но забросил его незавершённым.
• Встречая пули грудью — «Давайте быстрее! Я не собираюсь тратить на это целый день! [удар током] Это все, что вы можете, пидоры?» (Марв во время казни на электрическом стуле).
  • «Старик умирает, девочка остаётся жить. Честная сделка» (Хартиган, дважды.).
• ГАР — Марв же! Хартиган, в общем, тоже, несмотря на возраст.
  • В принципе, и Манут, как злодейская версия, ибо в чрезмерностях не замечен, к тому же искренне предан Эве Лорд.
• Герой-социопат — тот же Марв.
• Громадного роста — снова Марв. Как заметил кое-кто из персонажей, «он может привлечь внимание».
  • Чернокожий великан Манут, пожалуй еще больше;
  • А герр Валенквист, судя по немногочисленным появлениям, кажется, больше их обоих.
• Грызть реквизит — в первом фильме Джеки-Бой делает это буквально: он зубами пытается оторвать от пистолета собственную отрубленную руку! Этой сцены нет ни в оригинальном комиксе, ни в сценарии — она сымпровизирована Бенисио дель Торо. Родригес и Миллер единодушно одобрили.
• Даже у зла есть стандарты — почему Кевин не пришёл на выручку Жёлтому ублюдку, а лишь издалека смотрел на то, как Хартиган убивает его подручных и его самого? Вообще-то Миллер изобразил его безо всякой задней мысли, просто в качестве пасхалки, но на лестнице объяснил это так: потому что он считает этого своего родственничка полным чудовищем. Даже Кевин, ага. Каннибал, который отрезает у девушек части их тел и ест у них на глазах. Считает кого-то чудовищем.
• Джедайская правда — разговор Марва с мамой, в котором он предполагает, что недавние визитёры были связаны с его новой работой (в английском job — это не только работа в понимании трудоустройства, но также и дело, которое нужно сделать, например, по соображениям долга), заверяет, что у него дела лучше, чем все последние годы (вот только в противопоставлении слову confused оборот I feel good может трактоваться совершенно иначе: дескать, собран я и мотивирован), и рассказывает, что познакомился с замечательной девушкой по имени Голди. Мама порадовалась, что у её непутёвого сына всё хорошо. Увы, в переводе Пучкова этот момент запорот намертво: везде, кроме последней фразы, джедайская правда переведена неуклюжей ложью. Справедливости ради, перевести заложенную двусмысленность на русский ой как непросто, и автор этой правки сделать это не может. Читайте оригинал!
• Друг всему живому — Марв любит животных и никогда не причиняет им вреда. Даже волка-людоеда, принадлежащего Кевину, он только оглушил, и не без моральных терзаний. А потом даже накормил.
• Единственный нормальный человек во всём семейства Рорков — Джонни, внебрачный сын сенатора.
  • Среди легавых троп отыгрывают Хартиган, Люсиль и Морт (последнему, впрочем, это не помешало попасть в роковые сети Эвы Лорд).
• Её зовут Вера — Марв дал своему пистолету имя Глэдис (в честь суровой сестры из католической школы, где он учился). Более того, он разговаривает со своим оружием, делится с ним своими жизненными проблемами и рассказывает, кого они будут убивать и за что.
• Жанровая гамма — чёрно-белая гамма рисовки с отдельными, выделенными цветом деталями.
• Женщина сильнее мужчины — эх, Дуайт, чтобы бы ты делал без Михо.
• Жёлтый ублюдок — тропнеймер. Садист Рорк-младший, вынесенный в заглавие четвёртого тома как «Тот Жёлтый Ублюдок».
• Зло в промышленных масштабах — Герр Валенквист именно им и занимается: чёрная трансплантология, съёмки снафф-видео, сексуальная эксплуатация (в том числе и детей), работорговля, заказные убийства — у него всё поставлено на поток.
• Злодей с хорошей репутацией — Джеки-Бой известен в городе как образцовый полицейский.
• Золотая молодёжь — Жёлтый Ублюдок: маньяк-педофил и сынок сенатора. И ведь сенатор Рорк мечтал протолкнуть его в президенты США!;
  • Там же — студенты-отморозки, сжигавшие бомжей, на свою беду напоровшиеся на Марва.
• Ирония отставки — педаль в пол. У Хартигана остаётся не день-два, а ЧАС до досрочной (по причине больного сердца) отставки, а расстреливает его напарник-предатель, похоже, вообще за полчаса. Он, правда, выживает, но только затем, чтобы загреметь на 8 лет в тюрьму, а после выхода героически погибнуть менее, чем за сутки.
• Кармический Гудини — Герр Валенквист. Появляется нечасто, все больше действует из-за кулис и на рожон не лезет, возможно, потому до сих пор и не заплатил за свои злодеяния. Впрочем, тут субверсия: по сравнению с большинством других злодеев (особенно в конец отбитыми Рорками) довольно адекватен и производит впечатление скорее жестокого бизнесмена, чем злого ЗЛА;
  • Там же — сенатор Рорк. Хотя, в новелле из сиквела 2014 года (в серии комиксов этой новеллы пока нет, и неизвестно будет ли) получил свое. Даже у непоколебимой чистоты Нэнси есть свои пределы.
  • Малыш и Толстяк, тупые приспешники Рорков. Огребали от Дуайта, Хартигана (не менее двух раз) и Марва, а собственный босс их даже взрывал — и всё им нипочём: живут, здравствуют, остаются на свободе и делают свою грязную работу. Ну, или заваливают её, что бывает чаще.
• Концентратор ненависти — Жёлтый Ублюдок, он же Рорк-младший. Да и вообще все появляющиеся в комиксе/фильме Рорки (Кевина, в общем, тоже можно считать их членом, хотя под троп он попадает меньше остальных);
  • С прикрученным фитильком — Джеки-Бой. Впрочем, в фильме, за счет харизмы Бенисио дель Торо и повышенного градуса абсурдности происходящего, иногда умудряется даже вызвать улыбку.
• Красивый — значит хороший — Нэнси же!
• Красивый — не значит хороший — прежде всего — Эва Лорд, эталонная роковая женщина;
  • Не отстает от нее и Делия, киллерша-нимфоманка по кличке «Синеглазка», начавшая карьеру с того, что убила собственного парня;
  • Но, пожалуй, самый парадоксальный пример — Рорк-младший, он же Жёлтый Ублюдок. Да, да, перед тем как стать омерзительно карикатурной тварью он был вполне привлекательным молодым человеком. И да, изнасилованием и зверскими убийствами девочек он занимался уже тогда;
  • С очень-очень-ОЧЕНЬ сильно прикрученным фитильком, но под троп попадает и один из протагонистов, Дуайт. В целях конспирации сделал пластическую операцию, в результате приобрел более красивые черты лица. Однако из хорошего парня он к тому времени превратился в хладнокровного и циничного антигероя;
  • Попадает под троп и «киношный» каннибал Кевин (в комиксе он более заурядной внешности).
• Крутой в пальто — Марв носит чёрное пальто и не прочь забрать у очередного убитого злодея пальто получше. Другие персонажи, такие, как Хартиган, Дуайт и Уоллес, тоже часто носят пальто и плащи.
• Крутой дедуля — только не говорите, что освободиться из петли практически без помощи рук, будучи 60-летним стариком — не круто.
• Крутой для битья/Когда же ты сдохнешь — каждое свое появление Манут оказывался бит либо Марвом, либо Дуайтом, либо Уоллесом. Окончательно угомонить его удалось лишь в масштабной перестрелке.
• Крутой, но тупой — Марв. «Я не слишком умный. Но когда мне надо, я нахожу того, кто знает больше, и спрашиваю.» Жёсткая субверсия: Марв гораздо умнее, чем все о нём думают (и чем говорит о себе) — он отличный аналитик, и Кевина, которого не смог одолеть силой, легко переиграл тактически. А уж по способности к иронии ему равных нет.
• Крутой фехтовальщик — проститутка Михо.
• Красавица и чудовище — Голди и Марв.
• Мисс Фансервис — практически на каждом шагу, но особенно выделяются Нэнси Каллахан, Эва Лорд и Делия «Синеглазка».
• Мочить в сортире — знакомство Дуайта и Джеки-Боя началось именно с окунания последнего головой в унитаз. Без летального исхода (впрочем, Джеки-Бой так и не унялся, и все равно был замочен. Без сортира, но не менее нелепым образом).
• Не чувствует боли — каннибал Кевин не издал ни звука, когда Марв отпилил ему ноги и руки, отдал на растерзание его же волку, а затем отпилил голову.
• Невинно выглядящий злодей — снова Кевин. Заурядный, начинающий лысеть очкарик в свитере и кедах (впрочем, очень мускулистый, но это в глаза не бросается). Более того, он чуть ли не единственный персонаж, чьё лицо нарисовано в нормальной реалистичной манере, безо всякого гротеска. Может, поэтому на его роль в фильме взяли Элайджу Вуда, которого на тот момент все воспринимали исключительно как мальчика-хоббита? Эффект был достигнут: Кевин выглядит настолько зловеще, что финальная сцена с ним пробирает до костей;
  • Делия не отстает.
• Неправый суд — над Марвом и Хартиганом. Если первый, в общем-то, наубивал всяких ублюдков, по недоразумению именуемых людьми, в количестве, достаточном для смертного приговора, то второй угодил за решётку за образцовое исполнение своего профессионального долга.
• Необузданные догадки — самая известная и популярная: что только у однозначно положительных персонажей известны и фамилия, и имя; у мерзавцев и морально неоднозначных — лишь что-то одно. В принципе, в комиксе так оно и есть: под практически единственное исключение подведён обоснуй — дескать, когда-то Джек Рафферти действительно был героем, а после морального падения стал зваться Джеки-Боем (фамилия отпала). Во втором фильме закономерность не соблюдается.
  • Автор правки, впрочем, с догадкой категорически не согласен, ибо считает Марва одним из наиболее положительных персонажей. А фамилии у него нет. А у Малыша с Толстяком — полный набор.
  • Ну вы знаете, эти однозначно положительные Аларих Валленквист, Эва Лорд, братья Итан и Патрик Рорк...
• Нуар-Сити — Бейсин-сити.
• Оборотни в погонах — в полицейском управлении Бейсин-Сити это настолько повальное явление, что оборотнями в погонах там объявляют редких честных служак вроде Хартигана.
• Остерегайся тихих — Кевин и Михо. Первый может уделать даже Марва, вторая — и вовсе армия из одного человека.
• Панургова полиция — на каждом шагу.
• Папа-волк — про коррумпированного комиссара Лейбовитца можно сказать много чего плохого, но за свою семью он порвет даже высококвалифицированного киллера;
  • Хартиган хоть и бездетен, но по отношению к Нэнси давит педаль в бесконечность;
  • Да и Марв для все той же Нэнси. Впрочем тут ближе к «братскому» тропу, хотя и он почти годится Нэнси в отцы;
    • А рассказ «Тихая ночь» показал, что ради ребёнка в беде Марв даже может временно изменить принципу «не бить женщин».
• Пасхальное яйцо — на машинах в комиксе редко можно увидеть номерные знаки, но на машине Венди можно заметить табличку LEV 311. Это оммаж к бывшей жене Фрэнка Миллера и его постоянному соавтору Линн Варли (Lynn E. Varley), которая родилась 11 марта: в серии «Город грехов» именно Линн рисовала новеллу «В ад и обратно», а «Трудное прощание» (где фигурирует номер) ей посвящено.
  • Малыш в «Жёлтом ублюдке» вооружён пистолетом Auto-9 из «Робокопа» (и не только в экранизации — в оригинальном комиксе тоже). Да-да, Фрэнк Миллер таким образом подмигнул фанатам: ведь он же писал сценарии для второго и третьего «Робота-полицейского».
• Педофил — Жёлтый Ублюдок, сынок сенатора Рорка. Собственно, и в желтушного мутанта превратился из-за гормонов, которые вынужден был принимать после того, как крутой коп Хартиган наглядно продемонстрировал, что насиловать и убивать маленьких девочек — это очень нехорошо. Но не унялся, пришлось Хартигану повторить «на бис».
• Печальный символ — в новелле «И за дверью номер три?» на шее Венди можно увидеть узнаваемый крестик Марва.
• Пнуть собаку — финал «Семейных ценностей» особенно наглядно демонстрирует, что это может быть вредно для здоровья.
• Подпольный доктор — Крониг (оригинальный персонаж из второго фильма). Довольно жутенький: перед процедурой ставится героином, операции проводит в откровенно антисанитарных условиях и не заморачиваясь ерундой вроде обезболивания, а в качестве шин использует палочки для леденцов, которые самолично облизывает. При этом врач явно профессиональный (возможно, в прошлом Герр Доктор). Настоящее чудо одной сцены.
• Полное чудовище — чудовищ хватает, но даже среди них выделяются епископ-людоед и его воспитанник Кевин, сенатор Рорк — младший брат епископа — и особенно Жёлтый Ублюдок, сынок предыдущего. Славная семейка, правда?
• Полшестого — новелла «Папина малышка». Папочка стал таким старым, что требуется многое, чтобы он возбудился. Например, избиение и убийство человека — без этой адреналиновой встряски у него не получается удовлетворять свою ненасытную дочурку. К счастью, любящее чадо всегда готово найти для папочки доверчивых лохов на заклание.
• Порезался, когда брился — вероятный тропнеймер. Именно этой фразой Марв объяснят наличие на своём теле огромного числа ран и ссадин своей матери.
• Похорошеть в адаптации — в экранизации каннибал Кевин в исполнении Элайджа Вуда значительно помолодел и похорошел. Его «духовный» наставник кардинал Рорк описан как очень маленький карлик, в фильме же его играет рослый голландец Рутгер Хауэр, чей рост составляет 187 см. Также значительно похорошел Джон Хартиган, что неудивительно, учитывая, что его играет Брюс Уиллис;
  • С Хартиганом вопрос спорный. Если сделать скидку на общую гротескную стилистику Миллера, то для своих лет — вполне себе брутально-привлекателен, в то время как Уиллис все же ближе к уродливо красивому типажу. Куда больше тропу соответсвуют сенатор Рорк и Боб, из низкорослых жирдяев превратившиеся в плотных, но все же статных Пауэрса Бута и Майкла Мэдсена (первый даже располнев к сиквелу не дотягивал до облика «шара на ножках» из комикса);
  • Но круче всего получилось с Марвом, которого играет Мики Рурк. И вы действительно хотите сказать, что от этого огромного качка, несмотря на шрамы обладающего суровой мужской красотой, шарахались женщины?;
    • Сказанное скорее справедливо для исполнителя роли Микки Рурка. Будем честны: то, что ему слепили на лице гримеры скорее походит на троп Уродливо красивый, чем на суровую мужскую красоту, и находится где-то в зловещей долине.
• Поэт и воин — Уоллес. Он, правда, не поэт, а живописец. А заодно бывший «морской котик» и один из самых смертоносных персонажей комикса. И один из немногих там хороших парней.
• ПТСР в жёсткой форме получил Марв во время войны — даже таблетки, которые он употребляет горстями, не всегда помогают. Он и сам не всегда понимает, не поехал ли он рассудком и не превратился ли в безжалостного убийцу, как предрекали окружающие, и находит способы это проверить.
• Разрыв канвы — новелла «Последний танец Нэнси» из второго фильма. Вообще никак не укладывается в хронологию событий. Но смотрится сильно.
  • Как вариант, события происходят до новеллы «Трудное прощание»: От шрамов Нэнси могла избавиться так же, как и Дуайт изменил лицо — с помощью пластической операции. Во всяком случае, после распутинской живучести таких героев как Марв и Хартиган или «побочных эффектов» в виде пожелтения у сенаторова сынка поверить в это легче, чем в воскрешение Марва.
    • Там разрыв не только в шрамах. Изменение статуса заведения «У Кэди» с третьесортного бара на городских задворках на игорное заведение, которое посещает городская элита — и что, обратно? Полное отсутствие шумихи вокруг семейства Рорков и продолжение их полного всевластия в городе в «Трудном прощании» — при том, что главный столп гнусного клана выходит что убит? А чей лимузин приезжал к Кевину? Почему Марв так удивился, услышав от пастора фамилию Рорк, и не сделал закономерный вывод, что дело связано с ним, а не с Голди? Нет, никак не клеится.
  • Разве что действительно Марв очнулся в гробу. Не впервой ему приходить в себя после вроде как смертельных травм и соображать, где он и что вообще произошло.
  • Существует мрачная теория, что всё происходит в воображении Нэнси на почве депрессии и употребления спиртного.
• Романтизация самоубийства — девушка-Клиент сама заказала своё убийство Продавцу. Это было романтично.
• Самоуверенный мерзавчик — прежде всего, Желтый Ублюдок и Джеки-Бой. Последний, судя по газетам, когда-то якобы был героем полиции, но учитывая, что там собой являют представители власти и что происходит с реальными героями, вроде Хартигана, перед нами, возможно, «дутая звезда». А может быть, и настоящий герой, топящий в алкоголе своё ПТСР.
• Смешные злодеи-недотепы — Барт Шлабб и Дуглас Кламп, они же «Толстяк» и «Малыш». Тупы, проваливают даже ту грязную работу, что им доверяет начальство, а также отличаются манией красноречия в самой нелепой своей форме;
  • Справедливости сказать, в свое дебютное появление («Малышка в красном») такими уж забавными не выглядели и даже не проронили ни слова. Об их особой примете читателям стало известно только в «Жёлтом Ублюдке».
• Страшный негр — Манут же! Дополнительные очки за габариты и глазной протез.
• Технический пацифист — Дуайт. До поры до времени.
• Топливо ночного кошмара — его тут немало:
  • В первую очередь, конечно, вспоминаются пальцы Люсиль, которые Кевин ел у неё на глазах.
  • Нэнси Каллахан была четвёртой жертвой, и Хартиган знает, что подкрепление опять приедет слишком поздно, что девочка будет кричать, да и имя преступника знает тоже. То есть троих девочек до этого Рорк-Младщий истязал и насиловал фактически в открытую, а находящиеся рядом копы просто стояли в сторонке и слушали крики. Хотите больше топлива? Последующие 8 лет Рорк-Младший продолжал свои развлечения и, по собственным словам, убил десятки, а то и сотни девочек. И все они кричали. За все 8 лет второго честного полицейского, который бы его остановил, не нашлось.
    • Зато нашлось минимум четыре кадавра, готовых стоять на шухере, чтобы сенаторовой «деточке» ни дай Бог никто не помешал развлекаться. Автора правки сей факт шокирует даже сильнее гнилой сущности маньяка.
• Три лика Адама — Марв-Охотник, Дуайт-Лорд (хоть он и явно моложе Марва), Хартиган-Пророк.
• Угрожающие отражающие очки — людоед Кевин в сверкающих «джонленноновских» очках. Впрочем, его глаза иногда всё-таки можно видеть. А вот у босса мафии Валленквиста пенсне всегда отражает свет.
• Умереть может каждый — как полный ублюдок, так и хороший человек.
• Фанатская кнопка берсерка — работает только в англоязычном фандоме: попробуйте назвать Нэнси стриптизёршей — и станете жертвой толпы моралистов, разъясняющих, что она всего лишь танцует топлесс и вообще воплощение непорочности. В русскоязычном не видят в исполнении стриптиза ничего плохого.
• Чёрно-серая мораль — истории, как правило, повествуют о противостоянии Добра с кулаками против действительно реальных подонков и, нередко, наглухо отмороженных чудовищ. Впрочем, в коротких рассказах (десяток-другой страниц, максимум) условное добро может быть и не наделено кулаками, и представляет собой нейтральную позицию, а то и жертву-козла.
• Шлюха с золотым сердцем — Голди (дословно «Золотце»). На самом деле, является таковой лишь в фантазиях Марва, от которого ей была нужна лишь защита. Куда больше тропу соответствует ее сестра-близнец, Вэнди, скрасившая последние часы трогательного громилы абсолютно бескорыстно;
  • Нэнси только стриптизерша, но в плане сердца давит педаль в асфальт.
• Я купил этот город — Бэйсин-сити полностью контролируется двумя братцами Рорками — один из них сенатор, второй кардинал. Согласно Слову Божию, есть ещё и третий брат — генеральный прокурор, но в комиксах он ни разу не встречался. По планам, он должен был появиться в качестве полноценного персонажа в третьем фильме — но, видимо, как и сам фильм, уже не появится.
• Я тебя породил, я тебя и убью — сенатор Рорк не церемонится со своим бастардом, когда тот его второй раз за короткое время обыгрывает в карты, на глазах всего местного бомонда.