Поросёнок Пётр

Вежливый поросёнок Пётр уезжает от нахальной вороны, вообразив красный трактор.

Капитан Очевидность услужливо подсказывает, что рыба, согласно русской пословице, ищёт где глубже, а человек — где лучше. Соответственно, эмигрант эмигрирует — сиречь покидает родную страну и переселяется в какую-либо другую — либо если на прежнем месте ему плохо (в диапазоне от мелкого жемчуга до прямой угрозы жизни, здоровью и/или целостности личности), либо если хорошо, но он верит, что на новом месте будет ещё лучше. В первом случае наш герой может уезжать с концами, а может искренне полагать эмиграцию временным решением проблемы и возможностью переждать, пока, согласно притче о Ходже Насреддне, умрёт либо он сам, либо падишах, либо ишак.

С прикрученным фитильком из эмигранта получается просто мигрант, который переезжает без пересечения границы. В мягком случае — просто в другой регион, в радикальном — на фронтир, если, конечно, таковой в державе имеется; тогда именуется колонист. Другие разновидности эмигранта — репатриант, член диаспоры, переезжающий на родину своих предков, и невозвращенец, который был официально выпущен своим правительством через закрытые границы и обратно уже не вернулся. В фантастическом сеттинге (да и в некоторых разновидностях реалистического) эмигрантом вполне может стать попаданец, решивший, что не хочет возвращаться туда, из откуда он попал.

На покинутой родине эмигранта, как правило, громко и активно не любят. Правительство, утратившее налогоплательщика, обзывает национал-предателем, может даже реально уголовно преследовать за измену родине. Снизу ему поддакивают и пытаются утянуть эмигранта в ведро с крабами те, кто с правительственным курсом согласен, а равно и те, кто и сам бы не прочь уехать, да не может. Сам же эмигрант, пятьдесят раз обозванный свиньёй, может на пятьдесят первый действительно захрюкать и переродиться в Смердякова — но гораздо чаще (чего правительство и поддакивающие ему предпочитают не замечать) повторяет бессмертное маяковское: «Отечество славлю, которое есть, но трижды — которое будет!» Отказываться от прежнего гражданства, кстати, эмигранту тоже совсем не обязательно — впрочем, причиной его эмиграции может быть такое, от чего гражданство просто аннулируется явочным порядком.

Инверсия — понаехали тут. Понятно, что любой эмигрант откуда-то одновременно является иммигрантом (сиречь, собственно, понаехавшим) куда-то, так что заносить конкретный случай в эту статью или в соседнюю — решаем в зависимости от того, с какой точки зрения рассказывается история.

История тропнеймера

Собственно, поросёнок Пётр — персонаж трёх детских книг Людмилы Петрушевской (той самой, у которой сяпала калуша по напушке и увазила бутявку), канонично проиллюстрированных Александром Райхштейном. Книжки вышли в 2002 году, сами по себе совершенно невинны и посвящены в основном магии воображения: маленький Пётр при помощи простейших подручных средств представляет себя управляющим, скажем, машиной (с крышкой от кастрюли вместо руля), самолётом или тем же меметичным трактором — и воображаемое им воплощается в реальность. Нормальная литература для самых маленьких.

Однако пару-тройку лет спустя поросёнок Пётр попал в интернеты — почти одновременно на Двач и в ЖЖ, — и резко там завирусился, породив изрядное количество фанарта и пародий. Припомнили несчастному свинёнку и склонность заигрываться до потери связи с реальностью, и любимый цвет его воображаемых вундервафель (ну вы поняли), и слегка абсурдный юмор самих его похождений, особенно при вырывании из контекста, и что только не. А венцом всему стал тэглайн одной из таких пародий: «поросёнок Пётр съёбывает из сраной Рашки, спиздив сраный трактор». Причём, согласно закону По, его растаскали на цитаты как те, кто искренне считал Рашку сраной, так и те, кто их этим троллил. В результате чего поросёнок Пётр накрепко устоялся в рунете как аллегория эмигранта, причём с более или менее явным инвективным оттенком (не с каким-нибудь ведь звериком сравнивают, а именно с поросёнком).

Почему сваливает

Французская эмиграция

Когда грянула Великая французская революция, то благородные месье, сумевшие в революционной горячке не потерять головы, воспользовались тем, что их родной язык в те времена считался очень элитной лингвой франкой столь же благородного (а равно и слегка приблагородненного) сословия всей Европы — и расползлись, как тараканы, по дворам чуть менее чем всех европейских монархов. Где в большинстве своём не просто осели, а начали интриговать, убеждая тех, кто дал им приют, снести рассадник республиканства, пока тот же пожар не перекинулся и на их дома. Национальное собрание, как бы предвидя это, активно лишало эмигрантов всё ещё остававшегося у них имущества и прав; король, пока его не свергли, кое-как пытался этому противостоять, чем добился только того, что его свергли ещё быстрее.

Русская эмиграция

Нулевая волна

Стала результатом первой русской революции 1905-07 годов. Местные власти были дезориентированы манифестом 17 октября — они-то привыкли тащить и не пущать, а тут вдруг свободы и неприкосновенность личности, за нарушение которых ещё не пойми что будет, — и следили за порядком откровенно спустя рукава. А вот черносотенцы, которым положения манифеста пришлись не по нраву, рукава как раз засучили. По стране прокатилась массовая волна погромов — в основном еврейских, но доставалось и этническим русакам, если в них распознавали «либералов», а то и просто интеллигентов. Благодаря этому слово pogrom стало известно на европейских языках без перевода, а их жертвы серыми утицами потянулись на выход. В аналогичном направлении устремились старообрядцы и примкнувшие к ним отомкнувшие от них сектанты, а также национальные меньшинства из недавно вошедших в состав империи стран — поляки, литовцы, финны.

Вторая волна

Эти эмигрировали уже не из самой России/СССР, а из той части Европы, которая после Второй мировой войны оказалась под контролем СССР. Эмигранты второй волны чётко делятся на нацистских коллаборационистов и на тех, кого Софья Власьевна валила в одну кучу с нацистскими коллаборационистами — в основном военнопленных, согласившихся променять концлагерь на остарбайтунг, и членов различным национальных сопротивлений, в равной степени антифашистских и антикоммунистических (вроде сербских четников). Соответственно, те, кто в первую волну уехал и осел слишком близко, во вторую были вынуждены исполнять дубль два, а те, для кого вторая волна была первой, старались попасть в союзную зону оккупации, а не в советскую.

Третья волна

Случилась в разгар эпохи застоя, когда главный геополитический противник намекающе помахал из-за океана поправкой Джексона-Вэника и железный занавес слегка приподнялся. Еврейские анекдоты про то, что «хоть тушкой, хоть чучелом, но надо ехать!» (тысячи их) посвящены именно ей. Примечательно то, что выезжали, во-первых, легально (саму аббревиатуру ОВИР шутки ради расшифровывали как «отдел по высылке израильских репатриантов»), хотя и не всем так фартило, а во-вторых, очень капитально, запаковывая в грузовые контейнеры чуть ли не всё хозяйство вплоть до автомобилей — ибо в то, что на новом месте это хозяйство окажется легко заменимым барахлом, верилось с трудом. Тем, кто ехал не на меметичный Брайтон-Бич, а таки в самый Израиль, оно даже реально пригождалось. На покидаемой родине эмигрантов формально считать изменщиками перестали, но на бытовом уровне всё равно клеймили как предателей, отчего анекдотов становилось только больше: это вам они предатели, а нам диссиденты-перебежчики.

Помимо ЕРЖ, уехало на историческую родину некоторое количество советских немцев.

Четвёртая волна

Она же колбасная эмиграция. Началась слегка накануне развала СССР, растянулась на все бесславные девяностые и немного заглянула в нулевые. Собственно, от общенационального здеца девяностых в неё и ехали: извечный вопрос «а кому вы там нужны?» нарывался на совершенно обоснованный бронебойный ответ: «так и здесь ведь тоже никому». Породила такие грустные мемы как «утечка мозгов» (бегство технической и высшей гуманитарной интеллигенции туда, где их специальности востребованы и по-человечески оплачиваемы) и «интердевочки», они же «наташи» (девушки, получавшие высшее образование исключительно с целью повысить свою ликвидность на брачном рынке, выйти за иностранца и уехать жить к нему).

Пятая волна

Не надо здесь реальной жизни! Особенность темы этой статьи в том, что её нельзя применить к реальной жизни. В реальной жизни нет, к примеру, объективного добра и зла, а вторжение в личную жизнь реальных людей выходит за рамки приличия. Пожалуйста, помещайте только вымышленные примеры.

Она же релокация. Вяло начиналась в ранних десятых — такая эмиграция носила ярко выраженный идеологический и политический оттенок — уезжали в основном сторонники либеральной (ну или что под этим обычно понимается) идеологии из-за несогласия с политической обстановкой. Подстёгнутая СВО, продолжается по сей день. Отличается от предыдущих волн вынесенной в шапку статьи особенностью: поросята этой волны именно что изначально рассматривают свой переезд как временную меру до момента, когда ЭТО ВОТ ВСЁ наконец-то закончится. Конкретный состав ЭТОГО ВОТ ВСЕГО у каждого свой, индивидуальный, что популяризировало ироничный мем «прекрасная Россия будущего», существовавший и до этого, но с волной релокантов-нетвойняшек получивший второе дыхание. А натуральное паническое бегство в первые месяцы после февраля 2022 в свою очередь породило поток ироничных шуток и мемов про «штурмовиков Верхнего Ларса» (где расположен пункт погранперехода между Россией и Грузией).

При этом из уехавших спустя пару-тройку лет по некоторым данным около половины вернулось обратно, и есть вполне обоснованное подозрение, что этот процесс продолжается и по сей день.

Откуда сваливает

Да миллион раз же было! Автор этой статьи уверен, что неоднократно видел примеры этого тропа, но не может вспомнить достаточное их количество. Может быть, вам придёт на ум ещё хотя бы парочка?

Мифология и фольклор

• Те самые еврейско-эмигрантские анекдоты.

«	Разновидности еврейства: Уездные евреи — которые уезжают. Потомственные евреи — которые уедут потом. России верные жиды — которые остаются. Дважды евреи Советского Союза — которые уезжают и возвращаются. Вечные жиды — то уезжают, то возвращаются, то опять уезжают, и везде им, сука, плохо!	»

• Анекдот про мужика, который съездил по путёвке из рая в ад. И ему там так понравилось, что он попросился туда насовсем. Но едва он пересёк границу, черти схватили его и бросили в котёл с кипящей смолой: «А ты туризм с эмиграцией не путай». Одна из вариаций.

Комплексные франшизы

• Сага о ведьмаке — в финале книжной серии показаны трое «поросят», намазавших лыжи в Зерриканию: единственный нормальный человек из отряда Скеллена (пощажённый героями именно по этой причине) следопыт Бореас Мун, переживший свою полезность для нильфгаардцев эльфский полевой командир Исенгрим Фаоильтиарна и Сиги Ройвен aka проигравший в престолы и вынужденный делать ноги Сигизмунд Дийкстра. Как минимум последний, согласно серии игр, потом вернулся и принялся снова мутить воду.

Литература

• Аркадий Аверченко, «Записки Простодушного» (1921) — сборник рассказов написан после эмиграции в Константинополь и посвящён жизни русских эмигрантов в этом замечательном городе.

Кино

• «На Дерибасовской хорошая погода, или На Брайтон-Бич опять идут дожди» — главой русской мафии Артистом оказывается старый еврейский эмигрант дядя Миша. Точнее, «старый еврейский эмигрант дядя Миша» — это одна из многочисленных масок Артиста, психопата средних лет и мастера маскировки.
• «Билет на Vegas» — армянский жулик Гарик (Михаил Галустян), ожидающий в Вегасе выдачи грин-карты и между делом косплеящий Элвиса.

Телевидение

• Владимир Винокур в дуэте с Ефимом Александровым, эстрадный номер «Забросы судьбы» — русский эмигрант-евнух в гареме восточного шейха (Винокур), даёт интервью журналисту (Александров) карикатурно-тонким голосом. Но в дубле для отечественного телевидения переходит на свой обычный бас: «Чего вылупился? Это же для наших! Думаешь, если бы я у них там в отделе кадров вот таким вот голосом не заговорил, они бы меня взяли на работу?!»

Мультфильмы

• «Американский хвост» (1986) — семья мышонка-протагониста Фейвла Мышкевича эмигрировала из Российской Империи в Америку, поверив в истории о том, что там нет котов. Но оказалось, что дела с котами в Америке обстоят ничуть ни лучше, чем в любой другой стране.
  • В сиквеле всё та же семья Мышкевичей мигрировала из Нью-Йорка на Дикий Запад, поверив в истории о том, что коты там дружат с мышами. Некоторых людей мышей ничего не учит.

Аниме и манга

• Shirokuma Cafe — протагонист Белый Медведь. Понаехал из Канады и открыл кафе рядом с зоопарком.
• Legend of the Galactic Heroes — в полк Рыцарей Розы зачисляют исключительно бывших подданных Рейха, эмигрировавших в Союз (по сути — сбежавших, ибо легальной эмиграции во время войны не предусмотрено) или потомков этих самых бывших подданных.

Видеоигры

• Grand Theft Auto IV же!!! И Нико и Роман выходцы из восточной Европы. Да и выходцев с бывшего СССР в игре хватает.
• Заглавный герой второй Мафии Вито Скалетта — приехал в США с родителями и старшей сестрой из Сицилии.

Музыка

• Значительная часть творчества Вилли Токарева. Что характерно, у Токарева есть песня под названием «Песня тракториста», написанная ещё в середине 80-х. В ней герой предлагает жене эмигрировать в Америку.
• Чуть отстаёт Гарик Кричевский. Причём, если у Токарева герои в основном занимаются честным трудом (чаще всего работают таксистами) и самое большее — могут сидеть на пособии и ничего не делать, то у Кричевского герои не брезгуют и криминалом («Русское лото», «Автобан»).
• Олег Газманов — «Есаул». Сама тема эмиграции в песне проходит вскользь, однако современность породила пародию:

«	Релокант, релокант, что ж ты бросил кота, Усыпить не поднялась рука, Релокант, релокант, ты оставил страну И твой кот в шаурме из ларька.	»

Интернеты

• Все основатели того самого Луркоморья. Дмитрий «aalien» Хомак — таки в Изrаиле, Константин «Zoi» Груша — на Кипре, Олег «Oal» Лобачёв — в Германии.